Неоспоримым фактом было то, что убить проще всего и честнее. По отношению к своим мужчинам — честнее. У них не прибавится забот из–за моей доброты и нерешительности. Проблема… Мальчишка, который, даже побывав в рабстве, не научился молчать. Мальчишка, задирающий и оскорбляющий всех, доставший собственного дядю настолько, что тот предпочел от него избавиться, едва представился подходящий момент. До чего же отвратительно сложно принять такое простое решение…
Я закрыла глаза и попыталась снова отрешиться от всего происходящего. Да, это наиболее оптимальное и верное решение, и я не буду взваливать его исполнение ни на кого из своих мужчин. Сделаю все сама. Оскорблял он меня. И никто его за язык не тянул. Да и возможностей извиниться, у него было достаточно, но он ими не воспользовался. Так что прибью собственноручно, а мои дроу будут знать, что не зря отстаивали честь своей Матери. Принесу в жертву той же Ллос или Киарансали. Я — Мать Дома дроу, и мне надо учиться вести себя соответствующе.
Все внутри заледенело, эмоции отключились. Привстав с кровати, я уже протянула руку, начав фразу:
— Чхар, дай мне свой…
Но тут в комнату постучали, и старик, в которого неожиданно превратился хозяин гостиницы, быстро всучил Бхинатару, стоявшему ближе всех к дверям, какую–то книгу.
— Вот, он с ней не расставался. Забирайте… — пробормотал он и вышел.
Мальчишка, до этого опасливо поглядывающий на меня, резко подскочил с пола, кинулся к моему мужу и попытался выхватить книгу. Снова спикировав на пол от толчка в грудь, в этот раз кулаками стучать не стал и вообще повел себя странно. Подошел ко мне, сложил умоляюще ладони и опустился на колени. При этом постоянно искоса поглядывал на Бхинатара, который, в свою очередь, уж слишком увлеченно листал тоненькую книжечку.
Встав с кровати, я небрежно отодвинула коленопреклоненного рыжика и, подойдя к мужу, взяла у него из рук книгу. Она была на темно–эльфийском, зараза…
— О чем тут? — поинтересовалась я мысленно.
— Имена всех драконов Троемирья и родословные жрецов до… — тут Бхинатар задумался, как будто что–то высчитывая, — …тысяча трехсотого года по летоисчислению Яхолии.
Это был год победы над Истейлией.
Гномик с несчастно–понурым видом подползший вслед за мной, вдруг попытался извернуться и выхватить у меня книгу. Но я этого почти не заметила, потому что Рикиши черной молнией метнулся, подсек настырного засранца, прижал к стене и прошипел:
— Еще раз дернешься без разрешения, — выпью досуха, понял?!
— Слушайте, а у вас рабов по голове часто бьют? Может, у него сотрясение мозга, раз чувство самосохранения потерял? — знаю, что нечестно издеваться над тем, кто даже ответить не может, но мое терпение не бесконечно. И потом я тут уже почти морально приготовилась его убить, а теперь точно не смогу. У меня перед глазами будет стоять этот умоляющий взгляд, беззвучное шевеление губ…
— Может быть, — хмыкнул Бхинатар, вновь забрав у меня книгу и продолжая ее листать с заинтересованным видом. — Мы не очень аккуратно обращаемся с иблитами. — Потом он вдруг повернулся ко мне и попросил: — А покажите, пожалуйста, купчую на змееныша, госпожа.
Я протянула ему обе бумаги, и муж в изумлении выдал что–то типа: «О–го!».
Гномик, понуро висящий на стенке, снова отчаянно задергался, вырываясь, кусаясь, царапаясь. Ну, по крайней мере, пытаясь все это проделать, иногда даже успешно, пользуясь тем, что Рикиши уже не злился, а откровенно развлекался.
— Назови имя своего прадеда? — Бхинатар махнул рукой в сторону извивающегося, как червяк на удочке, рыжего. — И учти, у тебя есть право на пять слов, используй их с умом.
— Поцелуй себя в зад! — выдал гном и гордо затих.
Муж молча достал меч, я также молча забрала его, проигнорировав изумленный взгляд, и подошла к рыжему. Глубоко вдохнув, мысленно представила, что передо мной виртуальный персонаж.
Да, именно! Я в игре, и это просто картинка на мониторе. Играла же я в далеком студенчестве в компьютерные игры, неплохо стресс снимало, кстати. А теперь быстро соображаем! Так, отрубить голову мне сил не хватит — у меня игра, очень приближенная к реальности. Проткнуть живот — не эстетично. Да, именно так, не эстетично — брызги крови кругом. Подсознание помнит, что это долгая и мучительная смерть, но у нас же виртуальный персонаж. Не настоящий. Просто вот так вот красиво отрисован и смотрит на меня очень живыми, блестящими глазами, в которых настоящий, реальный страх. Потому что… Игра очень качественная! Значит, надо прицельно бить в сердце, а там ребра. Обхватываем ручку меча, как будто это нож и делаем замах побольше.
— Тарим!
Мальчишка еще шевелил губами, но лимит слов, разрешенных Бхинатаром, у него закончился.
