Так, стоит, отлично! Теперь руки демона — мне на грудь, поближе к источнику эмоций. Мне кажется, что они — в душе, а душа где–то рядом с сердцем обитает.
О, оживился! Теперь плавно опускаемся на уже затвердевший член… О, да… Мы сделали это — он во мне. Странное ощущение. Почему–то сразу чувствую, что не Рикиши. Ладно, вижу — понятно, но вот то, что чувствую — странно. Никогда раньше над этим не задумывалась. Разные они, не только по поведению, по ощущению внутри — разные. Но мне нравится.
У меня нет сейчас выбора — только наслаждаться, потому что мы должны объединиться и разнести в клочки этот кокон. Магически–эмоционально разнести в клочки… Да… Нет! Не могу… Рики!..
Но тут я чувствую ласковые родные прикосновения к плечам, к груди, поцелуи, поглаживания, объятия со спины. Крепко–крепко. Да! Как мне этого не хватало: отдаться, раствориться. Но нельзя — нам надо освободить Нибраса.
Правой рукой Рикиши продолжает крепко обнимать меня за талию, а указательный палец левой нежно скользит по моему клитору… Я двигаюсь вверх и вниз, сжимая внутри себя член Нибраса, откинувшись головой на плечо Рики, чувствуя его руки, его пальцы… его губы… и взрываюсь, буквально взрываюсь от переполняющих меня ощущений и наконец–то начинаю выполнять намеченную программу — отключаюсь.
Моя первая осознанная мысль, когда я пришла в себя, была примерно такая: «Сейчас открою глаза и окажусь дома!». Потом, немного полежав, я согласилась на вариант: «Открою глаза, а мы на поверхности». Ну, и напоследок, перед тем как рискнуть осмотреться, я загадала, что мы хотя бы в пещерах Подземья.
Но, к сожалению, мы были еще в тюрьме, в подвале, в клетушке нага. И первое, что я увидела, это были глубоко посаженные круглые песочного цвета глаза с узким вертикальным овалом зрачков. Потом я разглядела тонкий, с горбинкой, нос, изящный рисунок губ, овальный подбородок с ямочкой и широкие заметно выступающие, скулы. М–да, за девочку точно не примешь, но глаз не отвести. Хотя кожа цвета морской волны и сине–зеленые пряди длинных волос выглядят очень экзотически. Но дольше всего я пялилась на место плавного перехода красивого мужского тела, эм… до бедер… в не менее красивое — змеиное.
— Послушай, не приди я в себя в самый пикантный момент, то решил бы, что ты хочешь продолжения, — с усмешкой выдал наг. — И, кстати, если у тебя есть план, как нам отсюда выбраться, самое время им с нами поделиться.
Я покраснела, смущенно отвернулась, наткнулась на кривую ухмылку Рикиши, смутилась еще больше и, ощущая, как пылают щеки и уши, отрицательно помотала головой. Планов у меня не было… И сил на планирование — тоже.
— Ой! — тут я вспыхнула еще больше, хотя казалось, что дальше некуда. — Мне же надо с Бхинатаром связаться.
— У них все хорошо, надеюсь? — поинтересовался Рики, протягивая руку и помогая мне встать. Я кивнула и воспользовалась возможностью уткнуться ему в грудь, чтобы слегка отдышаться.
Спиной я чувствовала прожигающе–пристальный взгляд нага, очень мешающий восстановлению нормального цвета лица.
— Когда мы расставались, — все было отлично, — выдавила я, наконец, и заодно мысленно попыталась выйти на связь с мужем, продолжая крепко обнимать Рикиши, как будто его у меня вот–вот отнимут.
— Госпожа! — ответ пришел после небольшой паузы, и я просто уверена, что до этой фразы в мыслях Бхинатара была одна сплошная нецензурщина, но он ее аккуратно вырезал и спрятал. — Вокруг тюрьмы крутится почти сотня троллей. Что происходит?
— Ну… Я тут слегка нарушила свои обещания и все же спасла Нибраса и Рикиши, — скромно похвасталась я, добавив ощущение вины за содеянное. Все же мы уже слегка переросли простое телепатическое общение, раз я чувствую волнение мужа и то, что он сердится. Причем, что интересно, на себя, а не на меня. А еще он очень удивлен тому, что я вывела их из–под удара, вместо того, чтобы под него подставить. Последнее вызывало настолько сильное недоумение, что практически было готово оформиться в заданный вопрос. Такое поведение было очень странным для большинства женщин–дроу — рисковать собственной жизнью, чтобы спасти жизни мужчин. И вот, это вот недоумение случившимся просто стучалось у моего мужа в голове, заполняя все предоставленное пространство. И он, бедный, метался и никак не мог определить для себя, как к этому относиться. Это тоже ощущалось очень четко — буря противоречивых эмоций.
Но основными все же были радость, что я жива и готовность бежать меня спасать во чтобы–то ни стало.
— Вы сейчас где? — поинтересовалась я, одновременно рискнув оторваться от груди Рики и оглядеться. Зрелище было не для слабонервных: тролля–мага узнать было можно только по одежде и по облезшему хвосту, а так это была иссохшая мумия, выглядящая еще страшнее, чем мой нетопырь не так давно.
— Недалеко от тюрьмы. Засаду в гостинице мы перебили, ящероволов вывели, — отчитался мой чудо–муж и ненавязчиво так добавил: — Ночь уже два часа назад наступила, госпожа.
Ну да, не глупая, намеки понимаю. Обещала связаться ближе к ночи и немного ошиблась со временем.
