В таком настроении представлять себе, как выглядит незнакомый город, было бессмысленно. Приставать с вопросами к Чхару не хотелось, — мы оба выматывались от обмена даже парой кратких реплик. А с мужем, даже осознавая, что моя невнятная обида на него исчезла, вести светский разговор, да еще начинать его первой, для меня было принципиально неприемлемо.
Просто я еще не решила, буду ли еще показательно сердиться или как–то по другому выражать свое недовольство… Или хватит предупреждения, причем уже повторного о том, что я не люблю ложь?
Планировать, что будет, когда у нас в руках окажется вторая маска, тем более смысла не имело. Вот, когда окажется, тогда и подумаем…
Предаваться воспоминаниям об очередном спокойном месте, которое я покинула… Надоело! Я тут только и делаю, что из одного спокойного места в другое перепрыгиваю, причем в процессе получая порции стресса в немереных объемах. Уже давно вновь в истерику впасть пора, но все как–то не до того. Да и, если честно, как это ни странно, но за несколько недель жизни у дроу я отдохнула, набралась сил… И не только магических. Нервная система поднакачалась — вон какие препятствия на пути перепрыгиваем и ничего. В обморок не падаю, в голос не рыдаю.
Мне явно пошли на пользу стабильный режим, экскурсии по удивительным местам, трое заботящихся мужчин рядом. Никуда не надо спешить, никаких неожиданностей, — все вроде уже случилось, никаких загадок. Ну да, неясно, зачем и, главное, почему так срочно я понадобилась дроу, но это очень… философский вопрос.
Первые дни я в напряжении ожидала, что вот–вот меня оглушат очередной подставой, как обухом по голове, а потом устала напрягаться. Нельзя жить и переживать за то не знамо что. Так и жизнь мимо пройдет. Поэтому я расслаблялась, наслаждалась и отдыхала. И, как выяснилось, действительно отдохнула! И теперь у меня было стойкое ощущение, что я после довольно длительного отпуска, от которого чуть было не начала уставать — так он непривычно затянулся. Так что вспоминать о нем пока еще не хотелось — все внутри меня стремилось вперед к свершениям… Спасать мир же едем!
От таких мыслей настроение резко начало налаживаться, и воображаемые ужасы неслучившегося прошлого отступили. Прислушиваться и приглядываться в панике я тоже перестала, — три мужика же рядом, у которых слух, зрение, опыт. Обби, вот, сидит на плече с довольной мордой.
И, вообще, у меня тут по плану всего одна проблема, над которой следует действительно подумать, — как я буду подзаряжать Рикиши, если нам придется спать всем вместе на природе?
В Блингденстоуне мы оказались под вечер. На въезде в город стояли уже знакомые лысые карлики, те что сероватые и более пропорционально сложенные. При виде дроу их сморщило и передернуло, но стойку они сделали не на них, а на Рикиши.
— Нечисть? Где хозяйка?!
Приготовившийся оплачивать пошлину за въезд Бхинатар почему–то напрягся. Уж не знаю, чего он ожидал, но я лишь едва заметно кивнула и спокойно улыбнулась стражникам с достоинством истинной аристократки. Не зря же меня этим самым манерам три месяца обучали? Да и попрактиковаться в академии успела.
— А магический ошейник где?!
Главный карлик тут же переключился с Рикиши на меня.
Я вновь показала минимальный мимический набор эмоций — выразительный такой удивленный взгляд — и спокойно уточнила:
— Он меня и так слушается. Без ошейника.
— В город без ошейника нельзя! — стражник был неумолим.
Раз аристократические замашки не действуют, перейдем к купеческим.
— Ну, вы же не оставите нас на ночь у стен города? Это будет жестоко… А мы купим этот несчастный ошейник завтра же утром, — карлик задумался, а я продолжила торговаться: — Но, если вы нам посоветуете хорошего специалиста, работающего так поздно, то мы устраним это досадное недоразумение прямо сейчас. А еще мы будем очень признательны, если вы посоветуете нам хорошую гостиницу, — и я дала мысленную команду Бхинатару раскошелиться еще на пару монет.
Дроу, скрипя зубами, протянул деньги стражнику.
— Ради зрелища дроу, исполняющего капризы человека, я пойду на уступки, — хмыкнул карлик и кивнул на своих двух товарищей: — А вот они могут и проболтаться.
Бхинатар, заскрипев зубами, надеюсь, больше демонстративно, чем по–настоящему, выдал в каждую протянутую жадную лапу еще по паре монет.
Стражники расступились и позволили нам въехать в город. На прощанье нам были оглашены адреса магазинчика, где можно было в любое время приобрести ошейник на нечисть, и гостиницы, в которой удивительно вкусно кормят.
Блингденстоун был городом, сделанным из камня. При виде домов создавалось ощущение, что это единый монолит, в котором каким–то чудом выпилили дверь и окна. Заборов не было, тротуаров, вдоль домов тоже. Только очень широкая каменная мостовая. И, несмотря на позднее время, в городе вовсю кипела жизнь, замирающая на время при виде нас.
