— Могли, но значит, наверху так не считали. Его взяли и убрали от тебя, освободили место рядом с тобой для другого человека, подходящего тебе, который должен прийти и дать тебе еще что-то большее и лучшее. Ты тоже дала ему многое, помогла подняться по карьерной лестнице. Бесспорно, он талантливый человек, поэтому судьба дает ему таких людей. У него своя история, у тебя своя. Ты пойми, место сейчас свободно, но свято место пусто не бывает. Придет новый человек, и твоя жизнь снова заиграет яркими красками. Подумай об этом и успокойся, а главное, пойми, что Сергей — это не твоя вещь. Ты потеряла не игрушку, с которой спишь в обнимку, это живой человек, он родился на этот свет, чтобы сделать свой выбор и прожить свою жизнь. Не ты его родила, и ты не имеешь права лишать его той дороги, которую он сам для себя выбирает. Он посчитал, что дальше вам не по пути. Прими эту ситуацию как данность и прекрати расстраиваться из-за этого, наоборот — радуйся, что скоро у тебя будет все новое и интересное. Главное, не пропустить своего человека!
Я начала задумываться над всем сказанным, такого мне никто и никогда не говорил. Алия своими рассуждениями остановила мой бесконечный поток слез, я ее слушала буквально взахлеб.
На следующий день во время ужина Алия спросила:
— А вы когда улетаете?
— Да вот уже совсем скоро, через пару часов.
— Давайте так, вы меня подкиньте по дороге в аэропорт до дома, я хочу тебе дать кое-какие книги.
Мы поехали, подвезли ее, подождали пять минут, она забежала и вынесла несколько книг известного психолога Лууле Виилма.
Я начала читать одну из книг прямо в самолете и поняла, что она написана про меня. Мой эгоизм, который не отпускает эту привязанность к человеку, моя боль. Эта книга начала вправлять мне мозги. А Алька на прощание сказала:
— В Москве есть очень хороший священник, отец Борис, который служил у нас в Уфе и сейчас перебрался в столицу. Я дам тебе его телефон. Он меня крестил, я с ним общаюсь по сей день, поздравляю со всеми праздниками. Поедешь к нему на исповедь.
— Я никогда в жизни не была на исповеди.
— Вот и настал час, когда ты должна исповедаться.
В Москве я поехала на встречу к священнику со своей подругой Таней Молчановой. Она тогда очень предвзято относилась к церкви и даже близко не подходила к ней.
— Я не могу слышать запах церкви, — говорила она.
Думаю, настаивать не буду. Жди меня на улице. Мы приехали на Ваганьковское кладбище. Там находилась церковь, в которой служил отец Борис. Я зашла, мы с ним познакомились, очень приятный дядечка. Он мне говорит:
— У меня сейчас есть время, пойдемте походим с вами, погуляем по тропинкам.
И мы пошли гулять между могилками.
— Рассказывайте, мне Аля сказала, что у вас непростая история. Хочу вас выслушать.
Я ему все рассказала со слезами на глазах.
— Успокойтесь, успокойтесь. Думаете, я все время был священником? Я в молодости был панком, прошел половину Европы босиком, носил длинные волосы. Я и траву курить пробовал и прочее. Потом в моей жизни начали происходить какие-то совершенно жуткие вещи: я потерял одного друга, потом еще одного близкого человека. Тогда я начал переосмысливать свою жизнь и понял: что-то я делаю не так. После еще одной беды я решил для себя, что должен пойти и выучиться на священнослужителя. Так резко, в одночасье я поменял свою жизнь. Эта мысль мне пришла откуда-то сверху. Ты пойми, нас ведут, нам все время помогают, нас поддерживают, подсказывают, нужно уметь читать эти знаки, прислушиваться к себе. Я вижу, что ты чистая. Давай подготовься к исповеди. Я расскажу тебе, как это сделать. Возьмешь листочек бумаги, все напишешь о себе. Попытайся все вспомнить с самого глубокого детства, запиши на листочке всех, кого ты обидела, что делала не так. Когда придешь, это будет твоя шпаргалка, в которую ты сможешь подглядывать.
Он мне рассказал, как нужно готовиться к исповеди. Я на листочке записала все то, что давно меня тревожило. Вспомнила всех, кого я когда-то обижала. Когда я пришла на исповедь, я ужасно волновалась. Стояла очередь. Каждый подходил и исповедовался, а мне было неловко. Батюшка меня увидел, кивнул, поприветствовал. Когда очередь дошла до меня, я стала по пунктам рассказывать: «Иногда я прогуливала школу, врала и говорила, что была на похоронах деда. А дед был жив…» И вдруг я начала просто рыдать и произносить все, что по списку. Меня буквально била истерика, слезы градом катились по моим щекам. Выслушав меня, отец Борис сказал:
— Все, все, успокойся, твои грехи отпущены, ты чиста, пойди съешь просфору и пригуби глоток вина.
