– Это все? – спрашивает Саша, подозрительно оглядывая две собранные сумки.
– Да! Больше ничего, можешь нести в машину, а я пойду за выпиской, ее так и не принесли.
Но Инесса Леонидовна опережает меня.
– Штайн, а мы будем скучать! – улыбается она, одобрительно наблюдая за Сашей.
– Извините, но я не могу сказать тоже самое. Хоть у вас тут и уютно, но дома лучше.
– Да я тебя понимаю, – смеется женщина. – Держи свои бумажки, а по поводу вашего теста все придет на почту, если что, вот еще мой номер телефона, звони, если через неделю ничего не будет.
– Спасибо вам большое! – искренне благодарю ее и выхожу из палаты.
Наконец на свободу! Я ведь на улице не была все это время, света белого не видела! Узницей палаты сделали, умники.
«Вам надо лежать, пациентка! Куда пошли! Сейчас самое главное ребенок, а не ваше желание погулять! Окно откройте в палате и дышите!», – в голове автоматически возникают все фразы, которые я слышала, как только собиралась прошмыгнуть на улицу.
Для ребенка тоже гулять полезно, между прочим. Я читала.
Да и вообще я столько всего успела прочитать, пока валялась на койке, что никакая беременность и материнство не страшны, по крайней мере в теории я точно эксперт.
И самочувствие мое на третий день улучшилось, а они снова – лежать!
Надоели до чертиков.
После такой лежки я, наверное, и километра не пройду, задыхаться начну.
– Пошли, машину я за углом поставил, – подходит ко мне Саша.
– Хорошо, отлично, – широко улыбаюсь и подставляю лицо солнышку, как слышу знакомый голос.
– Что значит, у вас нет пациентки Штайн? По какому праву вы меня выставляете? Я на вас буду жаловаться! – возмущается истерично женщина.
Мы с Сашей синхронно оборачиваемся на шум.
– Мама? – неверяще спрашиваю я.
– Мама? – перепрашивает испуганно Саша.
– Мама, – кивает она, заметив нас и упирает руки в бока.
Почему-то мне стало страшно, прям очень.
– Эм, а ты какими судьбами здесь, ма? – спрашиваю и чувствую, как Сашина рука сильнее впивается в мой локоть.
Кажется, кто-то по-настоящему напуган. И было бы смешно, если бы не было так грустно, как говорится. В общем, все по классике у нас.
– Да вот дочку хотела навестить, приезжаю, а квартира пустая, по ней словно Мамай прошелся! На телефон дочь не отвечает, хорошо, Жанна, милая девочка, рассказала, где тебя искать, – опасно сузив глаза, рассказывает мама.
– А почему я здесь оказалась она тоже поведала тебе?
–Да.
– Ммм, ясно, – киваю, не зная, что сказать дальше.
Вот Жанка, блин, любит она влезть, позаботиться по-своему. Нет бы соврать что-нибудь, со мной связаться для начала.
– Что тебе ясно? Это зять? – с места в карьер начинает мать.
– Так, стоп! – поднимаю я руки. – Сцены устраивать не надо, уже толпу зевакначала собирать. Пошли, поедешь с нами, меня выписали. И не вздумай наезжать на Сашу, сама где была, когда дочь в больницу попала? Правильно, отдыхала, а он рядом был.
Чувствую, как Саша снова сжимает мой локоть.
Да знаю я, что фактически он не был рядом, но все же ближе, чем мама. И надо ведь было ее как-то остановить, а то устроила бы шоу для всей больницы.
Мне и так неудобно Инессе Леонидовне в глаза смотреть из-за нашего теста на отцовство, а так всему персоналу стыдилась бы показываться, мало ли снова к ним придется обратиться. Лучше бы, конечно, нет, но всякое бывает.
В гнетущем молчании усаживаемся в автомобиль, пристегиваемся и я беру слово.
– Итак, мама, это Саша! – произношу с дурацкой интонацией, как у тамады на грустном празднике. – Я проходила практику на фирме его дяди, где он трудится постоянно. Встречаемся мы примерно месяц, из них недели три ночуем то у него, то у меня. Так что, считай, уже совместная жизнь у нас состоялась. Квартира у Саши своя, не снимает, родители живут не в городе, еще не знакомы.
Саша странно на меня косится. А что он думал, моей маме лучше сразу озвучить подробное резюме.
– Любимый, – специально выбрала такое обращение, – это моя мама, Ольга Николаевна, чудесная женщина, состоит в разводе с моим прекрасным отцом, любит путешествовать и заниматься саморазвитием.
– Очень приятно, – вежливо кивает Саша в зеркало заднего вида.
– Так о свадьбе уже говорили? Срок какой? Пузо быстро вырастет, ты худая, – мама будто и не слышит, ей лишь бы за свое.
– Нет, не говорили, – тяну каждый слог, одновременно гладя Сашу по плечу, чтобы не нервничал и не влезал сильно.
Сама с матерью лучше разберусь.
– И? Почему? – но она даже и не старается сделать вид, что является в общем-то воспитанным человеком.
– Срок десять недель, спасибо, чувствую я себя хорошо, – цежу сквозь зубы.
– Ой, прости, доченька, не спросила про твое самочувствие. Но ты не обижайся, я пока на такси ехала в больницу, успела кратко посмотреть по этой твоей гематоме. Так вот, если сразу не случилось самого худшего, то, значит, все хорошо будет. Много девчонок свои истории выкладывали, все нормально с ними.
– Ага, спасибо, я рада.
– Ну а свадьба-то когда? Ты если платье хочешь красивое, торопиться надо. У меня с тобой уже на четвертом месяце живот торчать начал.
– Мама, мы пока не говорили о свадьбе и о браке вообще, не до этого, рано.