— Да пошёл ты! — Прошипел я сквозь сжатые зубы и… Ещё раз взглянув на четыре пункта иммунитета, отдал мысленную команду вложить пять очков в эффективность работы митохондрий. Перёд глазами тут же всплыла предупреждающая плашка.
М–мать, как же страшно–то а! Выбор один из четырёх. Двадцать пять процентов шанса на удачу… А удача у меня та ещё сука. Последние два дня были удачнее некуда, твою мать! Хотя с другой стороны я всё ещё жив… Но, судя по всему, ненадолго. Я обречённо хмыкнул и, недрогнувшей мыслью перекинул пять очков развития из митохондрий в фагоциты, затем подумал уверенно «ДА» и в страхе съёжился, ожидая, что произойдёт дальше.
Ничего не произошло. Никаких фанфар, салюта, парада в мою честь и даже праздничного торта не появилось. Птички как щебетали, так и продолжали щебетать. Да и солнышко грело всё так же…
Разве что некоторые цифры изменились:
├ Тело:
├ Иммунитет
├ ДНК–стабильность:
├ Иммунитет:
— А ты я смотрю, не лишён юмора, — мрачно отозвался я. — Да?
Но голос не ответил. Ну, да и к чёрту его, тем более что мне захотелось пить, и голод тоже снова дал о себе знать.
Первый — найти еду. Второй — обезопасить своё положение. Третий — понять, что это за мир и что в нём происходит. В идеале было бы неплохо найти таких же, как и я — людей.
— Ты что, ещё и мысли мои читать умеешь?
Усилием воли я сдержал вспышку гнева. В конечном итоге вопрос мой действительно был далёк от идеала. И вместо едкого ответа, решил спросить:
— Расскажешь, где мне найти других людей?
Что ж… Я мысленно закрыл всё окна перёд глазами. Больше там ничего не мигало, привлекая моё внимание. Разберусь с интерфейсом и его управлением позже, когда решу что мне делать дальше и найду безопасное место. Та рощица с водоёмом хоть и достаточно уютное местечко, но оно всего в получасе неспешной ходьбы от пепелища. Если голос прав и сюда спешат дальние дозоры кзоров, найти меня — задача несложная. Нужно думать. Но для начала, нужно всё же сходить туда и утолить хотя бы жажду.
Приняв решение, я сделал уверенный шаг в сторону моей ночлежки и вдруг удивлённо остановился, когда вместо ватно–онемевшей ноги ощутил вполне здоровую конечность. Я пригляделся к щиколотке, и мои брови медленно полезли на лоб. Прямо на моих глазах «паутина» заражённых вен и капилляров растворялась и сокращалась, в то время как из места «укуса» на землю капля за каплей выходила та самая тягучая жидкость. «Чёрная смерть», — всплыло в моём сознание название этого вещества. И ведь правда «смерть» — трава, на которую падали капли быстро серела и иссыхала, превращаясь за несколько секунд в пыль. И эта дрянь была в моём организме⁈