Я присел на камни, на которые падал яркий солнечный свет и задумался, глядя на успокаивающуюся после меня рябь на воде. Рыб, или чего–то похожего в этом водоёме тоже не водилось… Тогда я с грустью посмотрел на ту группку синих цветочков, которые вчера охаживал тот безобидный конструкт, но быстро отказался от промелькнувшей в голове идеи. Нет. А вдруг это любимые цветы проекта «АВАЛОН» и на меня упадёт метеорит, как только я к ним прикоснусь? Не зря же тот конструкт возле них появился. Хотя… ход направлений мыслей мне определённопонравился. Я задумчиво огляделся вокруг. Да, деревьев, фруктов и прочего здесь не растёт. Но что растёт? Правильно, трава! Насыщенно зелёная, крупная и мягкая!
В своих гастрономических поисках самой вкусной травы я провёл, вероятно, несколько часов. Солнце ещё и не думало садиться (или гаситься), но я порядком устал, пребывая большую часть этого времени в согнутом положении. Подцепить какую–то заразу я не боялся. Думал, меня максимум может стошнить. У меня ведь теперь иммунитет не как у обычного человека, он даже с «Чёрной смертью» справляется. Что ему там какая–то дрянь на степной траве? Так что желудок мне набить удалось и голод отступил. При этом я прекрасно понимал и ехидный голос в голове не упустил возможности тоже сказать мне о том, что биологический вид вроде меня не питается подобной едой. С этим сложно было спорить, но что мне ещё оставалось делать…?
Выискивая взглядом траву, что мне так приглянулась из–за сильной кислинки в ней (она выглядела как десятки маленьких зелёных листиков присоединённых к одному стебельку), я и не заметил, как зашёл за обратную сторону холма, на вершине которого сейчас дотлевал посёлок. Если прочертить мысленную прямую по тому пути, что меня несли сюда и встать лицом к холму, а затылком к тому месту, где сбили сферу, то получилось следующее. Справа возвышались светло–коричневые горы с пещерой и комплексом проекта внутри, в котором я очнулся. Между ними и холмистой зоной, занимая обширную территорию, росли те густые заросли светящегося лука. А слева, в тридцати минутах неспешной ходьбы от бывшего посёлка кзоров расположилась моя рощица с источником воды в ней. Если же брать ещё левее, то, вероятно, в нескольких сотнях километрах (я не мог определить точнее) стояли стеной высокие чёрные горы. Сзади был огромный лес аж до самого горизонта, а что было спереди, я не видел и не знал… Так вот оказалось, что с другой стороны холма тоже находились обильные заросли светящегося лука. И раз уж я на него наткнулся, мне стало интересно разглядеть его поближе.
В прошлый раз, назвав это светящееся растение «луком», я был изнеможённый и находился в клетке на руках у своих невольников, но я не ошибся. При детальном осмотре стебля высотою под три метра у меня в голове сразу же возникли две ассоциации: гигантский лук порей и бамбук, от которого здесь по всей длине ствола растения находились кольцеобразные выпуклости, которые внутри вероятнее всего делили его на сегменты.
В условиях солнечного дня свечение лука заметным не было, но цвет его оставался прежним — с ярко–белого кончика ствол плавно желтел, опускаясь вниз до самого основания, где он значительно крупнел и уходил под землю.
— Странно, — пробормотал я, глядя на капли жидкости, что обильно покрывали всё стебли вокруг. — Дождей вроде как не было… — я коснулся пальцем одной капельки и поднёс её к своему носу. Пахло чём–то пряным… Словно десятки запахов были замешаны в один.
— Что не думать? — Не понял я.
— Нарекаю тебя Пауком. В честь погибшего конструкта, что уничтожил всех моих врагов! — Торжественно заявил я, но новоиспечённый Паук никак не отреагировал на обретённое имя, а мне на это как бы было и плевать.
Вместо этого я подцепил пальцем ещё одну капельку и закинул её в рот. Вкусно! Затем ещё, ещё и ещё… И не успел я опомниться, как уже одним ловким движением сгребал ладонью левой руки всю жидкость на стеблях, после чего самозабвенно её облизывал.
Это был натуральный кайф… Не знаю из–за чего, может мой организм так реагировал на сахар, который тут наверняка был, но со мной происходило что–то невероятное. Боль в культе исчезла полностью, про дискомфорт в пояснице и позвоночнике — даже упоминать не стоило. Мысли очистились. «Вата» через которую я воспринимал мир вокруг куда–то исчезла и энергия… Энергии в тело стало хоть отбавляй! Будто я не терял за эти дни четыре раза сознание и не спал, где придётся: в клетке, на земле и на камнях…