А вот и Полетта полностью

Прижавшись животом к рулю, а носом уткнувшись в лобовое стекло, Фердинанд сосредоточенно вел машину. Стрелка спидометра уперлась в цифру 50. Идеальная скорость. Он не только экономит бензин, но и может в свое удовольствие разглядывать пейзаж и любоваться панорамой. А главное – остановиться при малейшей опасности, не рискуя несчастным случаем.

И вот пожалуйста – прямо перед ним выскакивает собака. Мгновенный рефлекс. Нога давит на педаль. Визг шин. Летит гравий. Скрипят тормоза. Машина вздрагивает и застывает посреди дороги.

Фердинанд высовывается в окошко:

– Ну и куда так спешим, приятель? Спорим, за сучкой решил приударить?

Собака отскакивает, со всех лап отбегает подальше и ложится в траву на обочине. Фердинанд выбирается наружу:

– Да ты ж соседкин пес. Что ты здесь делаешь совсем один?

Он подходит, очень осторожно протягивает руку, гладит собаку по голове. Пес дрожит.

Через некоторое время, слегка успокоившись, пес соглашается пойти за ним следом.

Фердинанд запускает его на заднее сиденье и трогается с места.

Добравшись до начала грунтовой дороги, он открывает дверцу. Пес выпрыгивает, но жмется к его ногам и скулит, как будто ему страшно. Фердинанд откидывает небольшой деревянный брус, пытается заставить пса зайти. Тот вьется у его ног и по-прежнему скулит. Фердинанд двигается по дорожке между двумя живыми изгородями из густого кустарника, оказывается перед маленьким домом. Дверь приоткрыта. Он кричит: Эй… Есть тут кто?.. Никакого ответа. Оглядывается вокруг. Никого. Толкает дверь. В глубине различает какую-то фигуру, лежащую на кровати. Зовет. Ни малейшего движения. Принюхивается. Ну и вонь… Снова принюхивается. Во дела! Пахнет-то газом! Он кидается на кухню, закручивает вентиль баллона с бутаном, подходит к кровати. Мадам, мадам! Начинает хлопать ее по щекам. Сначала слегка, но поскольку она не реагирует, все сильнее и сильнее. Пес тявкает, прыгая вокруг кровати. Фердинанд тоже теряет голову, начинает хлестать изо всех сил. Орет на нее, чтобы она пришла в себя. Лай и крики вперемешку. Мадам Марселина! Гав-гав! Откройте глаза, черт вас… Гав! Очнитесь, прошу в… Гав-гав!

В конце концов она издает слабый стон.

Фердинанд и пес выдыхают одновременно.

Марселина слегка ожила и настояла, что угостит его чем-нибудь. Не каждый день у нее гости. Они соседи, но он впервые оказался у нее дома. Такое нужно отметить. Напрасно Фердинанд заверял ее, что не хочет пить, что зашел, только чтобы вернуть собаку, она все же встала, доковыляла до буфета, достала бутылку сливового вина, о котором желала бы услышать его мнение. Она его сделала в первый раз. Скажете, как оно вам? Он кивнул. Она принялась наливать, но вдруг остановилась и обеспокоенно спросила, собирается ли он садиться за руль. Он ответил, что возвращается домой. Это в пятистах метрах, и он доехал бы даже с завязанными глазами! Успокоившись, она продолжила наливать. Едва он успел обмакнуть губы, как у нее закружилась голова. Она тяжело рухнула на стул, держась за голову обеими руками. Смущенный Фердинанд уставился в клеенку, двигая свой стакан вдоль линий и квадратов. Он больше не осмеливается ни пить, ни говорить. После долгой паузы он почти шепотом осведомился, не хочет ли она, чтобы он отвез ее в больницу.

– С какой такой стати?

– Чтобы вас осмотрели.

– Да у меня просто голова болит.

– Конечно, но… это же из-за газа.

– Ну да…

– Это скверно.

– Да ладно вам.

– Могут быть всякие осложнения.

– А?

– Рвота, как мне кажется.

– Надо же. Я и не знала.