– Вы должны понимать, что имеете право на адвоката.
– Я слышал это уже раз шесть. Мне адвокат не нужен. Последний гений, защищавший мои интересы, отправил меня в тюрягу на четыре года.
– Ладно. Решать вам. Вам также следует понимать, что я не могу заставить прокурора попросить осудить вас условно или сократить тюремный срок.
– Он так мне и сказал, – усмехнулся Тони. – Красавчик.
– Я, однако, уверен, что, если ваши показания приведут к установлению личности настоящего убийцы или, по крайней мере, покажут, что моя подзащитная не делала того, в чем ее обвиняют, прокурор, который окажется в неловком положении и под сильным давлением, будет вынужден просить для вас меньший тюремный срок. И конечно, Бетси не захочет, чтобы вас преследовали за то, что вы делали в ее доме. Останется только то, на чем вас взяли в Сэддл-Ривер. Вот такой представляется мне ситуация.
Внимательно выслушав адвоката, Тони кивнул.
– Ну вот, посмотрел, как вы тут все разложили, и вижу – это, наверное, мой лучший шанс.
– Но, разумеется, мы с вами должны детально все обговорить, а вы – рассказать все, что знаете. Только так я смогу решить, стоит ли вызывать вас свидетелем. Никакие сюрпризы мне не нужны. Если вы меня обманете, мы обвиним вас в краже браслета. Понимаете?
– Да, конечно. Передайте той куколке, чтоб не беспокоилась. С тем, что мне известно, я ее новый лучший друг.
Мейнард внимательно выслушал все, что Тони рассказал полиции и прокурору, и перешел к тому, о чем прокурор еще не знал.
– Вы сказали, что видели в полночь отъезжавшую от дома машину. Что это была за машина?
– «Мерседес». Почти новый. Может, года два.
– Какого цвета?
– Было темно, но вроде бы черный.
– Вы видели водителя?
– Я видел кого-то за рулем, но ничего больше рассмотреть не смог.
– Регистрационный номер?
– Нью-Джерси. Точно.
– Цифры, буквы?
– Нет, слишком темно было.
– Что вы сделали потом?
– То, ради чего и пришел. Забрался через окно в комнату, открыл сейф, взял браслет. Я, пока окна мыл, разговаривал с хозяйкой. Симпатичная. Потом с домработницей разговаривал. Мы там пару дней работали. Она сказала, что инструменты можно оставить на ночь на втором этаже, потому что все спали внизу. Такая вот удача. В общем, я, когда вернулся ночью брать сейф, уже знал, что ни на кого наверху не наткнусь.
Мейнард понимал, что вызвать Тони в качестве свидетеля означает пойти на риск, но кто не рискует, тот и не выигрывает. Понимал он и то, что, если не рискнуть, Бетси почти наверняка пойдет в тюрьму.
– Мистер Шарки, я буду настоятельно рекомендовать своей клиентке дать согласие на то, чтобы вызвать вас в качестве свидетеля. И я практически уверен, что она примет мой совет. Сейчас я уеду и позвоню ей. Потом позвоню прокурору. Мы договорились – если вопрос с вашим участием в процессе будет решен положительно – известить судью без промедлений и организовать вашу доставку в суд сегодня же, во второй половине дня, чтобы он мог опросить вас официально. Думаю, что, поскольку вы отказались от адвоката, судья захочет увидеть вас первым.
– Конечно, – ответил Тони. – В газете писали, что судья – Рот. Мы с ним знакомы. Это от него я в последний раз получил четыре года.
– Тогда до встречи, Тони. – Мейнард поднялся и сделал знак стоящему за дверью помощнику шерифа.
Выйдя из здания тюрьмы, он первым делом позвонил Бетси.
– Приезжайте сюда к половине первого. Встретимся на парковочной площадке и сначала поговорим в моей машине, а уж потом войдем. Я позвоню сейчас прокурору, а потом судье. – Мейнард помолчал. – Постарайтесь не давать воли надеждам. Чутье подсказывает мне, что он говорит правду. Но этот Шарки – ничтожество, в этом тоже сомневаться не приходится. И как отреагируют на него присяжные, предсказать невозможно.
– Всё в порядке, Роберт. Я готова рискнуть. Может быть, это мой последний шанс. Вы согласны?
– Согласен. И еще одно. Вы знаете кого-нибудь, у кого есть новый или почти новый черный «Мерседес», зарегистрированный в Нью-Джерси?
Бетси недолго подумала, потом сказала:
– Да, знаю. Во-первых, черные «Мерседесы» есть у Кента Адамса и Скотта Клифтона. Но думать, что кто-то из них мог желать зла Теду, абсурдно. И вообще, в этих краях многие ездят на черных «Мерседесах».
Мейнард выслушал ее со сдержанным оптимизмом.
– Хорошо, Бетси, до скорой встречи.
В час дня Элиот Холмс и Роберт Мейнард вошли в тесный офис судьи Рота. Бетси Грант и один из помощников адвоката остались сидеть на скамье за дверью зала судебных заседаний. Бетси нарочно надела платок, скрывавший почти полностью ее лицо от посторонних глаз. В работе суда был объявлен перерыв, и ей удалось пройти в здание буквально незамеченной. Но рассчитывать на такое везение до конца не приходилось.
Между тем Тони Шарки сидел в камере временного содержания, примыкавшей к залу суда. Болтая с приставами и ничуть не стесняясь присутствия других задержанных и их адвокатов, он вовсю похвалялся своим статусом особого важного свидетеля и обещал рассказать нечто такое, что «взорвет процесс над Бетси Грант».
