Василий Купцов
АБАДОН
История, которую я собираюсь рассказать, выглядит на первый взгляд совершенно дичайшей.
Смерти, смерти, и еще раз смерти. И лишь в самом конце кто-то понял, что или, вернее, кто связывал между собой все эти смертные случаи. Я опущу все подробности, которыми сопровождалось расследование этой истории. Попробую написать нечто вроде документального рассказа.
Несколько лет назад милиция задержала в метро ребенка - мальчика лет одиннадцати. Он пытался заночевать на станции. Для тех (брежневских) времен это был случай небывалый.
Мальчик не смог назвать ни имена родителей, ни место своего жительства. Его проверили по картотеке - в розыске пропавших детей он не числился. Обследование у детского психиатра не дало оснований для отнесения ребенка в разряд слабоумных. Он хорошо ориентировался, знал свое имя - Алеша, знал, что находится в Москве, что забрали его в метро. Называл текущую дату и год. Читал и писал, правда не ахти как, но и не хуже большинства сверстников. То есть был нормально развитым. Только не хотел назвать своих родителей. Или не мог их назвать.
Я сопоставил время нахождения мальчика в спецприемнике и журнал происшествий. И обнаружил первую в данном повествовании смерть. Умер от сердечного приступа сотрудник охраны спецприемника. В журнале было отмечено, что охранник находился в этот момент наедине с одним из мальчиков, содержавшихся в этом учреждении.
Далее был детский дом. Первая смерть произошла уже на первый день жизни в нем Алеши. Умер, опять-таки от сердечного приступа, один из воспитателей детского дома. Понятно, что эта смерть тоже прошла как бы мимо внимания.
Следующей была молодая сотрудница, учительница русского языка и литературы. Она выбросилась из окна четвертого этажа. Диагноз - смерть от повреждений головного мозга, несовместимыми с жизнедеятельностью. Рассказывали, что перед самой трагедией в другой комнате слышали громкий смех. "Сошла с ума" - негласное заключение сотрудников. У погибшей были нелады в семье, кажется, какая-то история с изменой мужа. Найденыш в этой истории, казалось, не был задействован вовсе. Но я обратил внимание на смех.
Этот смех отмечался и позднее. И как раз в связи с мальчиком.
Зато следующий случай был весьма громким. Утром не проснулись пятеро детей, жившие в одной комнате с Алешей. Разумеется, было расследование. Патологоанатомы пришли в замешательство. В конце концов удалось придраться к супу из консервов. Ботулизм? Даже я, проходивший медицину в университете в весьма урезанном виде, знаю, что смерть от ботулизма наступает через несколько дней после отравления, ей предшествуют выраженные симптомы поражения центральной нервной системы. Например, косоглазие и потеря речи - сразу у целой группы детей - такое не пропустишь! А наш мальчик, якобы, не ел супа... Все было явно натянуто, диагноз больше походил на отписку. Тем более, что консервы были импортными, из Венгрии. Так и свалить на кого-то вину значительно проще. Об этом случае даже писали в газетах.
Все это имело неожиданные последствия.
"Несчастный ребенок", "чудом" оставшийся в живых, был усыновлен парой бездетных супругов, потрясенных трагедией, произошедшей в детском доме.
Первый месяц было все спокойно. Потом смерть дворника рано утром, вроде бы совершенно не связанная с насилием. Но одна бабка видела, что перед смертью к дворнику подходил новый мальчик. Потом с крыши упало двое мальчишек. Третьим, опять-таки, был на крыше Алеша, но-он то не упал. Следующий случай - в заехавшем во двор грузовике неожиданно умер водитель. Прямо за рулем. А грузовик продолжал двигаться и наехал на скамейку, на которой сидели сплетницы - старушки. Но целых две старушки, сидевшие у другого подъезда, запомнили, что перед происшествием этот новый мальчик смотрел на грузовик. Очень внимательно смотрел.
Потрясенные случившимся, а также припомнив смерти до этого, обе боевые старушки пошли к участковому милиционеру. Он их внимательно выслушал, но, естественно, никак на "старушечий бред" не среагировал. А старушки пошли прямиком к новым родителям Алеши. Неизвестно, что там был за разговор, только прямо после него туда вызвали милицию.
Вызвали соседи, после того, как услышали странный шум в соседней квартире. Решили позвонить, им не открыли, а шум продолжался, потом были даже крики. Ни один из супругов ранее в пьянстве замечен не был. И соседи решили на всякий случай вызвать милиционера.
Так как дверь не открывали, пришлось ее взломать. В квартире было найдено четыре трупа - супруги и двое старушек. Мебель была вся перевернута. А под кроватью прятался Алеша.
Старшина задумался. Приехала скорая, потом забрали трупы. Мальчик на вопросы не отвечал. Казалось бы, история могла вновь покатиться по накатанным путям. В норме мальчика опять отправили бы в детский дом, а смерти объяснили бы как-нибудь или просто замяли. Но не тут-то было.
