Мистер Пикник: Но считать идеальную красоту тенью на воде и, подобно собаке из басни, отбрасывая настоящее, гоняться за тенью - едва ли мудро и позволительно гению. Примирять человека, каков бы он ни был, с миром, какой бы он ни был, охранять и множить все, что есть в мире доброго, и разрушать или смягчать зло, будь то зло нравственное или телесное, - всегда было целью и надеждой величайших учителей наших, и это стремление украшает род человеческий. И еще скажу, что высшая мудрость и высочайший талант неизменно сочетались с весельем. Есть неоспоримые свидетельства тому, что Шекспир и Сократ, как никто, умели веселиться. А те жалкие остатки мудрости и гения, какие наблюдаем мы ныне, словно сговорились убивать всякое веселье.
Мистер Гибель: Как веселиться, когда к нам сошел дьявол?
Его сиятельство мистер Лежебок: Как веселиться, когда у нас расстроены нервы?
Мистер Флоски: Как веселиться, когда мы окружены читающей публикой, не желающей понимать тех, кто выше нее?
Скютроп: Как веселиться, когда великие наши общие намерения поминутно нарушаются мелкими личными страстями?
Мистер Траур: Как веселиться среди мрака и разочарованья?
Мистер Сплин: Скрасим же грустью час разлуки.
Мистер Пикник: Споемте что-нибудь шуточное.
Мистер Сплин: Нет. Лучше милую грустную балладу. Норфольскую трагедию на мотив сотого псалма.
Мистер Пикник: Шутку лучше.
Мистер Сплин: Нет и нет. Лучше песню мистера Траура.
Все: Песню мистера Траура.
Мистер Траур
Мистер Сплин: Восхитительно. Скрасим грустью час разлуки.
Мистер Пикник: А все же шутку бы лучше.
Его преподобие мистер Горло: Совершенно с вами согласен.
Мистер Пикник: "Три моряка".
Его преподобие мистер Горло: Решено. Я буду Гарри Гилл и спою на три голоса. Начинаем.
Мистер Пикник и мистер Горло:
Песенка была столь мило исполнена, благодаря уменью мистера Пикника и низкому триединому голосу его преподобия, что все против воли поддались обаянию ее и хором подхватили заключительные строки, поднося к губам бокалы:
Мистер Траур, соответственно нагруженный, в тот же вечер ступил в свой таз, вернее в бричку, и отправился бороздить моря и реки, озера и кандлы по лунным дорожкам идеальной красоты.
