Аббатство Теней полностью

Белкокот прыгнул, едва коснувшись задними лапами ее плеча, прежде чем наброситься на мага. Вопль боли разорвал воздух: когти белкокота вырвали человеку глаза. Тот вслепую нанес удар, сложив пальцы в заклинание первой формы огня, и из его рук вырвалось пламя. Рейчис закричал, когда на нем вспыхнула шерсть. Я побежал к нему так быстро, как только мог, но недостаточно быстро. Маг вцепился в него, решив сжечь заживо. Диадера ударила своей Черной Тенью, крошечные искорки стали жалить лицо мужчины, он отпустил Рейчиса и, вопя, упал на землю. Я продолжал бежать и бросился на белкокота, чтобы сбить пламя. Он исцарапал меня до крови, пытаясь вырваться. Огонь всегда сводил его с ума. Наконец, пламя погасло. Напавший на нас маг лежал мертвым в нескольких ярдах отсюда, кость черепа белела сквозь его изуродованное лицо. Светлячки Диадеры вернулись на ее щеки. Я проверил каждый дюйм меха Рейчиса в поисках оставшихся тлеющих угольков. Он не сильно обгорел, учитывая обстоятельства.

— Он спас меня, — прокашляла Диадера. Она стояла над нами. — Зачем он это сделал?

— Он…

Я собирался сказать правду — что Рейчис, наверное, защищал меня, а может, взяла верх его обычная жажда крови магов джен-теп, особенно страсть к их глазным яблокам.

— Мы заботимся друг о друге, — вместо этого сказал я.

Она улыбнулась и опустилась рядом с нами на колени. И тут я увидел, что белки ее глаз исчезли, сменившись красной путаницей лопнувших кровеносных сосудов. Она положила руку себе на лоб, как будто проверяя, нет ли жара.

— Этот маг прикоснулся ко мне. Вот здесь. Зачем он это сделал? Мне даже не больно.

— О, предки, нет…

Я потянулся, чтобы поймать ее, когда она упала вперед.

— Келлен? — спросила она. — Почему я ничего не вижу?

Магия железа. В слепой панике маг вызвал меч-потрошитель или какое-то другое заклинание железа, которое сжимало внутренние органы врага. Кости черепа обычно слишком толсты для проникновения магии железа, но он стоял вплотную к Диадере и положил руку прямо ей на лоб. Он раздавил ее мозг.

Я уложил ее так осторожно, как только мог, оглядываясь вокруг в поисках кого-нибудь еще, способного напасть.

— Все в порядке, — сказал я. — Тебе просто нужно минутку отдохнуть.

Она, должно быть, знала, что я лгу, но все равно подыграла:

— Странно, когда ничего не видно. С белкокотом все в порядке?

— Он в полном порядке, — сказал я. — Ты спасла ему жизнь. Теперь он должен тебе все сдобное печенье и всех мертвых кроликов на двух континентах.

Она не рассмеялась. Вместо этого она протянула руку:

— Помоги мне сесть. Я не хочу лежать здесь вот так.

Я помог, хотя мне пришлось подпереть ее плечом, чтобы она не упала. Диадера расставила руки:

— Могу я подержать его, всего минутку?

— Не думаю, что это хорошая… — начал я, но Рейчис забрался к ней на колени.

Она погладила его шерсть, и мех сделался из темно-серого с красными полосками золотистым. На языке Рейчиса это был удивительный знак уважения, но Диадера не могла его видеть. Она гладила его по голове, и я видел, что она снова и снова водит пальцем вокруг одного из его глаз. Он не возражал, но зуд в метках моей Черной Тени говорил мне: что-то не так. Я схватил Рейчиса, убрав от нее.

— Келлен? — спросила она.

— Что ты с ним сделала, Диадера?

— Я… Идет дождь?

Кровь капала из ее глаз на щеки, которые теперь стали бледными, потому что веснушки Черной Тени исчезли с ее лица.

Я посмотрел на морду Рейчиса и пришел в ужас:

— Как?! Диадера, что ты с ним сделала?

Она потянула воротник своей рубашки, оторвав две верхние пуговицы, чтобы снова показать мне метки отрицания, которые вырезала на своей коже.

— Тебе было так одиноко без него, — сказала она. Глубокая печаль в ее голосе противоречила образу девушки, которая всего несколько часов назад сказала мне, что ей ни к чему дружба или другие иллюзии. — Даже когда ты его вернул, я понимала, что это не то же самое.

Она вслепую протянула руку и взяла мою, когда ее нащупала.

— Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя одиноким, Келлен. Теперь тебе не придется…

Я отстранился, поднявшись на ноги и держа Рейчиса. Когда я перестал ее подпирать, Диадера упала на булыжники, ее голова ударилась о них с глухим стуком. Кровь сочилась из ее ушей.

— Ты не имела права! — закричал я. — Это не то, чего я хотел, черт бы тебя побрал! Я бы никогда не хотел…

— Хватит орать, Келлен, — просвистел Рейчис, карабкаясь вверх, к моему плечу. — Сумасшедшая девушка мертва. Давай сваливать с этой паршивой помойки, пока мы не стали такими же.

Впервые с тех пор, как я оставил его в Золотом Проходе, я понял все, что он сказал. И хотя я понятия не имел, как это получается, причина была видна так же ясно, как знаки Черной Тени вокруг левого глаза Рейчиса.