Та просто плачет.
– Не плачь, моя любимая сестра! – мягко шепчет Ортега.
– Просто... Мы так.... давно..... Не....Виделись....Мне и х-х-х-оро-о-о-ошо и..и..и плохоооо! – сквозь слезы говорит Джинни.
– Не надо плакать! Мне тяжело это слушать! – вздыхает Ортега.
– Я бы хотела вернуться в Столичный Центр! – тихо выдыхает она.
– Сейчас, навсегда? – оживает Ортега.
– Ну да! Мы снова будем вместе! – вроде как улыбается Джинни.
– Я бы хотел этого! – говорит Ортега, как его начинает трясти от волнения.
– Как там наш дом? Его еще не снесли? – спрашивает Джинни.
– Да вроде нет! Он просто огороженный от посторонних! – отвечает Ортега.
Фиг знает, на самом деле он там не был четыре года.
– Тогда жди! Я скоро вернусь! Ты будешь ждать! – спрашивает радостно Джинни.
– Да! Конечно! – кивает Ортега.
На самом деле не лучшая пора для воссоединения семьи, но он не может сказать ей нет и выложить все ужасы, которые приключились с ним в эти последние дни.
– УРА! Тогда жди меня, братик! – целует его она сквозь пейджер и связь обрывается.
Теперь можно и изучить комнату.
Он нашел под железной кушеткой какой то ворох бумаг.
Очередные газетные вырезки и разные информационные рукописи.
Ужасы об убитых людях оккультными ритуалами, замученных животных, снова строки про знакомого Блейма Ландвера и.......
Устав от всего этого, он ложится на кушетку и тут же проваливается в сон....
Катакомбы Морфея крутились в ярком кислотном вихре, при этом просачивался там сам Черный Лабиринт, разбавляя эту психоделическую карусель своей темной монолитностью....
Скрип стальной двери пробуждает его.
– Поднимайтесь, господин Искариот! – это был Мэлоун.
Ортега сел, быстро продрал глаза.
– Вы свободны! Вас проводят! Идите! – кратко и сухо сказал он.
Встав с кушетки, Ортега направился к выходу из камеры.
– Искариот! Напоследок! Юлия все равно будет пытаться вас засадить! Ее ЧСВ больше чем ее сиськи и задница! – холодно сказал Мэлоун.
Как только Ортега вышел в коридор главного управления Имперской Службы Совета, ему снова накинули на голову черный мешок.
О, нет! снова эта адская поездка!!!
Опять он болтался в кузове бронемашины, получая синяки и тумаки.
Затем резко транспорт остановился, его подхватили грубые сильные руки гвардейцев и резко сняв с головы черный мешок, довольно больно пнули ногой вперед.
Ортега буквально пулей вылетел из кузова, прям в грязь....
Раздался громкий хохот из кузова и бронемашина с ревом мотора и сирены тут же умчалась.
Встав на ноги, Ортега слегка шатаясь осмотрелся – темнота, очевидно была уже глубокая ночь.
Немного поблуждав по темным переулкам, он автоматически вышел к корчме "Холодный Футурист".
Заведение было закрыто, вокруг лишь одинокие фонари мерцали неоном.
Внезапно его схватила тень, которая вынырнула из угла корчмы.
– ОРТЕГА! ТЫ ЖИВО! – раздался женский знакомый голос. А еще сильный запах алкоголя ударил в нос Ортеги.
Это была Карина.
Только в каком виде....
Платье помятое, в грязных разводах, прическа потрепанная, вся тушь буквально растеклась по лицу, образовав ворпейнт (ритуальная оккультная раскраска лица, используется сектантами, артистами и жрецами). При этом от нее несло выпивкой.
– ТЫ ЖИВ! Я ТАК РАДА! БОЯЛАСЬ! – крепко обнимает его, буквально начав душить.
– КАРИНА! Ты что, напилась? – спросил Ортега.
– Да! – говорит Карина, начав немного хныкать – Мне было очень тяжело! Когда вам накинули мешки на голову и увезли! Обычно люди после такого не возвращаются уже! – она готова вот вот разрыдаться.
– Ладно! Не плачь! Пойдем, вон сядем на ступени корчмы! – указывает Ортега.
Шатаясь, она буквально плюхается на железные ступени.
– Голова болит! – стонет она – ОХ! Последний раз мне так плохо было, когда умерла моя мама от вируса! Это стало шоком! Сейчас тяжелые времена! Скоро уеду отсюда! –
– В смысле!!! – неожиданно вздрагивает Ортега.
– Прости! Вся эта суматоха буквально сводит с ума! – она закрывает лицо рукой – Мой клан вынужден уехать из Столичного Центра! Не бойся! Я тебе напишу! Обязательно! – тяжело она выдает это.
– Неужели это после смерти твоего дяди? – спрашивает Ортега.
– Да! Мы теряем влияние! Это война и внутренние проблемы ослабили позиции сторонников Червонного Царя, дав пока преимущество Совету! А Совет сразу пожирает неугодных им! – грустно говорит она – Сейчас мы продаем всю нашу недвижимость! Иначе Лютеров съедят! – она буквально дрожит.
– ОРТЕГА! Я боюсь стать нищей и быть убитой дикой чернью! – выпаливает она истерически.
– Тогда откажись от жизни аристократа! – говорит Ортега.
– ЧЕГО?! Ты с ума сошел?! – открывает рот она.
– Нет! Есть примеры, когда раскулаченные аристократы становились инженерами, учеными и госслужащими! Причем весьма они в этом преуспевали! – объяснил Ортега.
– АГА! Всю жизнь пресмыкаться перед Советом, начальством, Червонным Царем... А когда сдохнешь, будет типичный братский склеп! Да уж! Перспектива так себе! Я так не хочу! – ошарашено почти кричит Карина.
– Какая разница, в какой могиле ты лежишь? Смерть одна для всех! Перед ней все равны! – отвечает Ортега.
