— А ты, значит, мечтаешь о драконьем императоре? — насмешливо блеснул чужими глазами Тэрн.
Наведенная внешность казалась непривычной и больше мешала, но затея мне все равно нравилась.
— В детстве я была влюблена в него. Впервые в жизни, между прочим, — добавила, чтобы он уж точно прочувствовал значимость события. — Но с недавних пор я мечтаю только о тебе, а это невинная шалость.
Секунду Тэрн разглядывал отражение в медленно тающем зеркале, и мне казалось, что вот сейчас он заупрямится и заставит все переколдовывать. Однако когда зеркало совсем исчезло, он кивнул.
— Хорошо. — И с коварным блеском в глазах добавил: — Но в таком случае ты должна быть моей Амелин.
Образ себе я хотела какой-нибудь ведьминский, но… медленно кивнула.
Это была едва ли не самая грустная история в книге, и когда мне прочитали ее впервые, ещё мама, я прорыдала всю ночь, а потом на неделю слегла с температурой. Сама не знаю, почему потом перечитывала ту сказку вместе с другими. Она всегда портила настроение на несколько дней и отзывалась тянущей болью в сердце, будто происходила не с вымышленными (как я тогда верила) героями, а с живыми людьми, которых я знала, к тому же. За чужих не бывает так больно. Или я какая-то странная.
Император Крейт, как и многие другие драконы, выбрал для себя человеческую девушку. Вот только она его не ждала, не мечтала о своем личном чуде и совсем не хотела лететь ни в какой замок. Амелин прекрасно жилось в небольшом городке, у нее даже жених был. Но дракон, конечно, не спрашивал.
Он ее похитил — она сбежала. Крейт вернулся и унес девушку в свой край во второй раз, красиво ухаживал, осыпал драгоценностями, но так и не смог покорить строптивого сердца, и добыча ускользнула от него во второй раз. Когда разъяренный дракон вновь нагрянул в городок, где жила семья девушки, родные заставили Амелин вернуться, прельщенные его богатством, и пышная свадьба все же состоялась.
Дальше там много всякого было. Мучимый ревностью дракон убил бывшего жениха своей неверной возлюбленной и спалил городок, куда она все время рвалась. Амелин поддерживала заговоры против него и даже пыталась отравить. Дракон продолжал любить и пытаться покорить неприступную возлюбленную. В итоге она создала пространственную ловушку, которая должна была наверняка его убить, и во время прогулки в саду активировала чары. В последний миг дракон все понял и не дал ей выйти за пределы контура.
Погибли они вместе.
До сих пор в дрожь бросает, когда думаю об этой паре.
Сумасшедшая, больная любовь… и идеальные образы для Дня злых духов.
Я вообразила нужный наряд. Кремовое платье, а для пущей достоверности добавим немного копоти. Ведь если верить страшной сказке, Крейт и Амелин сгорели заживо. Так. Волосы нужны пшеничного цвета. Нос чуть длиннее и более прямой. И миндалевидные голубые глаза. Готово.
Демонстрируя окружающим результат своего упорства, я покружилась.
— Чокнутые, — оценил нашу затею Дотт.
Бука. Когда еще веселиться и безумствовать, как ни в эту ночь?
Безумств, впрочем, получилось чуть больше, чем я предвидела.
Нас с Тэрном могли узнать. Проблемы в этом я не видела, но… По дороге к площади мы встретили Лайона и Мелин. У ребят как раз случилось первое свидание, и словами не передать, как же я была за них рада! Вот только родители Мелин, до сих пор разозленные на нее за нарушение семейных традиции, не дали ей денег на платье. Девушка, конечно, попыталась справиться своими силами, но образ злой тыквы смотрелся откровенно нелепо. И даже то, что Лайон из солидарности нарядился нищим, не спасало положения.
— А хотите… быть мной и Тэрном? — в запале предложила я.
Они, конечно хотели.
Немного магии — и вот они, новые мы!
Ой, какое у меня выражение лица забавное! И… нос курносый!
— Держитесь вместе, — обратилась я к Эли и Дотту.
— Я позабочусь о ней, — собственнически обнял меня за талию Тэрн.
Опасностей на празднике не предполагалось, а от какой-нибудь ерунды я и сама в состоянии защититься. Так что Эли, конечно, в восторг не пришла, но смирилась.
Недалеко от площади мы отделились от друзей.
— Ты в порядке? — обеспокоенно взглянул на меня Тэрн.
— Сил многовато потратила, — призналась со смущенной улыбкой. — Пожалуй, я бы не отказалась от горячего шоколада.
Меня тут же увлекли в сторону, где он, предположительно, должен продаваться.
— Разве тебе не говорили, что расходовать резерв на развлечения не стоит? — попытался воспитывать меня будущий муж.
— Ведьмы-преподавательницы страшные зануды, — сморщила нос я. — Но еще иногда они добавляли, что в любой ситуации следует стараться получать от жизни максимум удовольствия.
Грейф рассмеялся.
Площадь сияла огнями, звучала музыкой и щерилась жуткими статуями. Я сразу же отмахнулась от паутины, налипшей на лицо. Метелки мои, у них тут даже поддельные пауки есть!
