Я смотрела на нее во все глаза, а в голове звучали только слова «любимый человек». Я не выдержала и… улыбнулась.
Марго смотрела на меня, как на умалишенную.
— Ч-чему ты улыбаешься? — уже спокойнее спросила она, не отрывая от меня взгляда.
— Ты сказала «любимый человек», — я улыбнулась еще шире.
Марго нахмурилась и открыла было рот, чтобы что-то сказать, но, очевидно, передумала. Потому что сжала губы и вздохнула.
— Ничего подобного, — пробубнила она и, развернувшись ко мне спиной, уперлась поясницей в край стола, сложив руки на груди, как обиженный подросток.
— Нет, сказала, — рассмеялась я и, встав со стула, обошла рабочее место, подойдя к ней вплотную. — Я точно это слышала.
— Не понимаю, о чем ты, — пробурчала Марго, отворачиваясь и пряча свой взгляд.
— Конечно, конечно, — закивала я и обняла ее лицо ладонями, заставляя посмотреть на меня. — Я люблю тебя.
Я сказала это так просто, словно говорила ей это уже тысячу раз. И это звучало так… правильно, так естественно. И так интимно. Глаза Марго расширились, а зрачок разом увеличился, чуть не закрыв всю радужку. Она приоткрыла рот, но словно боялась что-то сказать. Я догадалась, что именно. Поэтому я осторожно поцеловала ее мягкие губы и повторила еле слышно и глядя ей прямо в глаза:
— Я тебя люблю.
Марго сглотнула и слегка улыбнулась. Провела пальцами по моей щеке, убрав за ухо волосы.
— Я хотела сказать это давно, но решила, что…
— Еще слишком рано? — догадалась я.
— Да, — кивнула женщина, улыбаясь шире. — Все так странно.
— Что странно?
— Ты… Мы… Как-то быстро и так… складно, — усмехнулась она. — Как паззл. Деталь к детали. Ты идеальна.
— Ну… — протянула я, слегка посмеиваясь, — я думаю, ты просто еще не до конца меня разглядела.
— А я думаю, что тебе следует заткнуться и поцеловать меня, — прошипела Марго, положив обе руки мне на ягодицы и прижав меня к себе.
***
Лена проделала большую работу. Она собрала денег значительно больше, чем мне требовалось. Но Марго сказала, чтобы я отдала их обратно, чтобы Лена их всем вернула. И более того, она сказала и Самсоновой отдать то, что я у нее заняла. А мне Марго сама одолжит столько, сколько нужно. Точнее, что она «одолжит» — сказала я. Рита сказала «даст». Мы всю дорогу домой препирались по этому поводу. Я не хотела брать ее деньги, а она не хотела, чтобы я занимала у других людей. Мне ничего не оставалось, как согласиться. Спорить с Марго довольно сложно. Все глобальные решения почти всегда принимала она.
Я давно заметила в ней эту черту. Если требовалось что-то решить, то мы обычно это обсуждали и искали какой-то компромисс. Марго интересовалась моим мнением, даже если оно отличалось от ее. Но если было что-то глобальное, особенно если это касалось меня, Марго включала «рыцаря» и бросалась на амбразуру, закрывая грудью меня и все, что имеет ко мне отношение. И при этом она не давала шанса ее переубедить, если считала, что так действительно лучше. Таким образом у меня появлялись новые украшения, одежда, она делала мне подарки… В общем, она окутала меня заботой и любовью. И это, конечно, не только в материальном плане. Она была дико заботлива сама по себе. Всегда накидывала мне на плечи халат или плед, если курила в открытую форточку на кухне, ругалась, когда я выходила в минус двадцать пять в юбке, следила, чтобы я завтракала по утрам и многое другое. Я чувствовала, буквально во всем чувствовала, ее ко мне отношение. И мне хотелось платить тем же. Но пока что я платила ей ложью. Хотя я ни капли не соврала, когда сказала, что люблю ее. И я пообещала себе, что когда обо всем ей расскажу, а это случится очень скоро, то больше никогда, никогда-никогда в жизни не буду ей лгать. Даже в мелочах. Никогда. Она слишком дорога мне. То, что я уже натворила, мне еще только предстоит исправить, но большей лжи я допускать не хотела.
***
— Какая ты умница, — закивал Саша, принимая конверт с деньгами. — Хорошо, что решила договориться полюбовно. Чай будешь?
— Скорее, откупиться, — фыркнула я. — Надеюсь, теперь ты оставишь меня в покое? — я стояла в коридоре одетая и даже проходить не собиралась.
— Пока живи со своей сучкой, — пробормотал он, пересчитывая купюры. — Там будет видно, — ухмыльнулся он и взглянул на меня. — Хорошо выглядишь, Ксюх. Хороша жизнь с деньгами, правда?
— Иди в жопу, Саш, — не выдержала я. — Мне пора.
— Подожди-подожди, — он протянул руку, словно пытаясь меня задержать, но я отпрянула от него, как ошпаренная. — Да не бойся ты, — усмехнулся он, видя мою реакцию. — Слушай, раз уж мы теперь такие друзья с тобой, все-таки почти бывшие муж и жена, — он положил конверт на трюмо и пошевелил бровями. — Может, напоследок развлечемся?
Я еле удержала свой обед в желудке.
— Ты издеваешься? Ты меня шантажируешь, а потом предлагаешь развлечься?!
— Да ладно, — махнул он рукой, смеясь, — не можешь же ты всерьез жить без члена. Ну, какая из тебя лесбиянка, Ксюх? — рассмеялся он. — Я понимаю, она там красивая, при бабле, но… Мы же оба понимаем, что от природы-то не убежишь. Хочешь, я дам то, что тебе нужно?