Ну, вот, кажется, и все. Она опередила меня. Узнала обо всем раньше, чем я сама нашла в себе силы все объяснить. И самое обидное, что она опередила меня всего на несколько часов. Ведь я на самом деле собиралась сейчас ей все рассказать, открыть всю правду, во всем сознаться и предоставить право ей решать, как нам быть дальше. А что делать теперь — я не имела понятия.
Откуда она узнала? Кто ей рассказал? Откуда у нее фото моего паспорта?
Вопросов был миллион, но ни одного ответа.
Тем не менее, я понимала, что разговора не избежать. Только теперь он будет выглядеть и звучать совсем иначе.
Я вздохнула, моргнула несколько раз, чтобы остановить начинающиеся слезы, и встала. Что ж, пришло время платить за свои ошибки.
***
Я осторожно вошла на кухню, совершенно не понимая, чего ждать ни от разговора, ни от самой Марго. Она будет кричать? Бить посуду? Меня?
Я чуть не усмехнулась вслух от этой мысли. Совершенно исключено, чтобы она подняла на меня руку. Кто-кто, но точно не Марго. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Я в этом была уверена. И это меня даже как будто… расстраивало. Было очень странное ощущение — мне хотелось, чтобы она кричала, ругалась, чтобы дала мне пощечину, что угодно. Я хотела принять страдание за все, что натворила. Потому что это была бы возможность хоть на долю искупить свою вину. А это мне было необходимо, наверное, даже больше, чем ей. Поэтому я хотела скандала, я хотела оскорблений, обвинений и унижений, но…
Но Марго просто сидела за столом, глядя в окно на яркий солнечный день, и делала одну глубокую затяжку за другой, выдыхая дым в открытую форточку. В кухне было холодно, но она, казалось, этого не замечала. На столе стояли две кружки с горячим кофе и пепельница.
Я медленно подошла к столу и уселась на стул, не в силах вымолвить ни слова. Просто смотрела на ее профиль, пытаясь понять, о чем она думает. Но взгляд Марго был неподвижен. Казалось, она просто смотрела на пейзаж за окном, забыв о том, что вокруг существует что-то еще. Ее рука медленно поднималась к лицу, губы обхватывали фильтр сигареты, чуть сжимались, когда она делала очередную затяжку, а потом медленно раскрывались, и из ее рта и ноздрей тонкой струйкой вытекал серый дым.
Я не была уверена, что она заметила мое присутствие, настолько задумчивой она выглядела, но просидев в полной тишине с минуту, я все-таки решила дать о себе знать.
— Марго, я… — начала было я еле слышно, срывающимся голосом, но женщина меня прервала.