Сэм медленно опустил меч и раздраженно выдохнул. Это, безусловно, Моггет собственной персоной, никаких сомнений быть не может. Юноша сам не знал, радуется он возвращению кота или нет. В память ему навсегда врезались то жутковатое, злорадное хихиканье в туннеле под домом Абхорсена и вонь и слепящее свечение Свободной магии…
Лед раскололся. Сэм снова стремительно развернулся, сердце его неистово заколотилось в груди. В треске льдинок слышалось эхо далекого колокола. Такого далекого, что, возможно, звук этот был не более чем воспоминанием или игрой воображения.
Лед затрещал громче. Лираэль упала на одно колено, иней осыпался с нее и летел во все стороны – ни дать ни взять метель в миниатюре. Последовала яркая вспышка – и появилась Псина. Она возбужденно запрыгала вокруг, глухо, утробно рыча.
– Что случилось? – встревожился Сэм. – Ты ранена?
– Не то чтобы, – отозвалась Лираэль, поморщившись, словно от боли, и продемонстрировала левое запястье. – Какой-то мерзкий гаденыш из-за Пятых Врат попытался откусить мне руку. Но кольчугу не прогрыз – только синяк остался.
– И что ты с ним сделала? – полюбопытствовал Сэм. Псина по-прежнему носилась по поляне кругами, словно того и гляди объявится какая-нибудь мертвая тварь.
– Псина перекусила ее надвое, – сообщила девушка, заставляя себя сделать несколько глубоких медленных вдохов. – Не то чтобы это остановило гнусную тварь. Но в конце концов я подчинила ее себе. Она уже на пути к Девятым Вратам – и обратно точно не вернется.
– Теперь ты настоящий преемник Абхорсена! – восхитился Сэм.
– Похоже, что да, – протянула Лираэль. Когда она назвала себя преемником Абхорсена в Смерти, ощущение было такое, будто она заявила свои права. И при этом что-то утратила. Одно дело – взять в руки колокольцы в доме Абхорсена. И совсем другое – воспользоваться ими в Смерти. Прежняя жизнь вдруг показалась ужасно далекой. Прошлое ушло навсегда, а Лираэль так и не поняла до сих пор, какой будет новая жизнь и что такое она сама. В новой шкуре она ощущала себя неуютно, но тающий лед, дождь и грязь были тут совершенно ни при чем.
– Я что-то чую, – объявила Псина.
Лираэль вскинула голову и только сейчас заметила, что Сэм по уши перемазан грязью, а на тыльной стороне его ладони кровоточит царапина, хотя сам он, похоже, этого не замечает.
– А с тобой что случилось? – резко осведомилась она.
– Моггет вернулся, – сообщил Сэм. – Ну то есть мне кажется, что это Моггет. Он в моем рюкзаке сидит. Только сначала он выглядел как карлик-альбинос, и я подумал, это враг…
Юноша умолк. Псина подкралась к рюкзаку и принюхалась. Из-под заплатки молниеносно мелькнула белая пушистая лапа, Псина отпрянула – и очень вовремя, не то осталась бы с расцарапанным носом. Она уселась на задние лапы и озадаченно наморщила лоб.
– Это и в самом деле Моггет, тот самый Моггет, – подтвердила Псина. – Но я не понимаю…
– Она дала мне, как сама изволила выразиться, еще один шанс, – донесся голос из рюкзака. – В отличие от тебя.
– Еще один шанс на что?! – прорычала Псина. – Не время играть в твои игры! Ты вообще знаешь, что там откапывают из-под земли в четырех лигах отсюда?
Моггет высунул голову из рюкзака. Звякнул Ранна; всех, кто услышал этот звук, захлестнула волна сонливости.
– Я-то знаю! – фыркнул котик. – Мне и раньше было все равно, и теперь все равно. Это Разрушитель! Губитель! Уничтожитель!
Моггет перевел дух. Но не успел он заговорить снова, как Псина гавкнула – коротким, отрывистым лаем, исполненным силы. Моггет взвыл так, будто ему наступили на хвост, и, шипя, втянулся обратно в рюкзак.
– Не называй его имени, – приказала Псина. – Тем более в гневе, тем более когда мы так близко.
Моггет молчал. Лираэль, Сэм и Псина не сводили взглядов с рюкзака.
– Нам надо поскорее уходить отсюда. – Лираэль вздохнула, смахивая со лба дождевые капли, пока не натекло в глаза. – Но сначала я хочу кое в чем разобраться.
Она подошла к рюкзаку и склонилась над ним, благоразумно держась вне досягаемости кошачьей лапы.
– Моггет, ты ведь по-прежнему обязан служить Абхорсенам, верно?
– Угу, – неохотно буркнул кот. – Не повезло так не повезло.
– То есть ты мне поможешь, поможешь всем нам, так?
Ответа не последовало.
– Я тебя рыбкой угощу, – вмешался Сэм. – Ну то есть когда мы окажемся в тех местах, где водится рыба.
– А я парочку мышей поймаю, – добавила Лираэль. – Если, конечно, ты любишь мышей.
Мыши грызли книги. Все библиотекари терпеть не могли мышей, и Лираэль не являлась исключением. Приятно было осознать, что, даже став Абхорсеном, она сохранила в себе нечто от библиотекаря. А еще она терпеть не могла чешуйниц, которых, кстати, еще рыбешками называют.
– Еще не хватало с этим паршивцем торговаться, – хмыкнула Псина. – Он будет делать то, что ему велят.
– Значит, рыбоньку, когда найдется, и мышку, и певчую птичку, – заявил Моггет, выбираясь из рюкзака и пробуя розовым язычком воздух, словно рыбка ему уже перепала.
– Никаких певчих птичек, – твердо отрезала Лираэль.
