Да знала я, о чем он подумал. Мы расследовали одно и то же дело, но не могли заниматься этим вместе. Точнее было бы сказать, что шли параллельными дорогами.
Я знала, когда Кирьянова начинало колошматить изнутри желание действовать: с одной стороны, он хотел мне помочь, а с другой, его держала работа, где он тоже должен был хотя бы иногда появляться. Однако сейчас мы подумали об одном и том же. Я подобралась к разгадке гораздо ближе, чем он. И мне нужна была его помощь.
– Приеду сразу, как тут все закончу, – пообещал он. – Одного подозреваемого в убийстве, можно сказать, ты вычислила. Осталось выяснить, кто убил всех остальных. Прислать к тебе ребят?
– И все испортить? Нет, Вов, сейчас не надо. Я сама дам знать, когда можно. Дай мне сначала с ним побеседовать.
– Договорились. Буду ждать сигнала.
– Как всегда.
Я посмотрела на открытую бутылку пива и убрала ее в холодильник. А потом достала сигареты и стала ждать.
Саша появился в седьмом часу вечера. Предварительно сообщать о своем прибытии он не стал. Я ждала его, попивая кофеек и докуривая очередную сигарету.
– Нашел новый дом? – спросила я сразу, как открыла дверь.
– А что такое? – сразу парировал он. – Так быстро хочешь от меня избавиться?
Шагнув вперед, он положил руки на мои плечи и тихонько подтолкнул к себе. Я не сопротивлялась. Когда почувствовала его губы на своей макушке, тоже не стала возражать.
– А если останусь? – прошептал он в волосы. – Ты же девушка из моей мечты. Мы же не просто так встретились.
– Встретились потому, что я этого захотела, – ответила я.
– Вот именно.
Он приподнял мой подбородок пальцем, но дальше ничего не последовало. Идиотская ситуация. Голову, как сосиску на вилку, накололи. И чего же он ждет? Потому что я бы ответила согласием на его попытки стать ближе. Пошла бы за ним в комнату, толкнула, чтобы плашмя упал на кровать. А потом достала бы наручники, которые уже приготовила, и затянула их на его запястьях.
И позвонила бы Кирьянову.
Но Саша не торопился продолжить. Я приподняла голову и посмотрела на него снизу вверх: расскажет, что там видно с высоты птичьего полета? А Саша Бремер уже и забыл про меня. Его внимание переключилось на что-то другое.
Он убрал руки и посмотрел на что-то за моей спиной.
– Ты трогала мои вещи? – тихо спросил он.
Обернувшись, я не заметила ничего подозрительного. После шмона я вернула рюкзакам их привычный вид и поставила на то место, где их оставил Саша. Не придраться. Блефует.
– Я их двигала, – ответила я. – Пылесосила, они мешали. А что не так? Нельзя было?
Саша пристально посмотрел на меня:
– Точно не трогала?
– Не трогала я твои рюкзаки.
– Славно.
И он снова вернулся ко мне.
Он взял меня на руки и понес в свою комнату. Аккуратно опустил на кровать, задрал на животе футболку и принялся рисовать по животу языком. Господи, вот почему судьба дает тебе то, что нужно, не тогда, когда ты этого хочешь, а тогда, когда у тебя был адский день, а до душа ты пока не добралась?
– Подними руки, – попросил он.
Наверное, я все-таки среагировала на его прикосновения. Туман в мозгах стоял стеной. Руки я подняла, конечно. А вот опустить их уже не получилось: Саша быстро стянул их наручниками и пристегнул к светильнику, который я давным-давно этими самыми руками привинтила к стене.
Я все еще надеялась, что это любовь. Когда лодыжки оказались в том же положении, что и запястья, я поняла, что проиграла еще вчера. В тот самый момент, когда решила ему позвонить.
Саша отступил на шаг назад и залюбовался результатом своих трудов.
– Не жмет? – вдруг обеспокоился он.
Я молчала. Любое мое слово он мог использовать против меня.
– Тогда я отойду на минутку.
Он вышел из комнаты, и я слышала его удаляющиеся шаги, пытаясь одновременно успокоиться и найти выход из создавшегося положения. Как ему удалось усыпить мою бдительность? Как вышло, что я позволила себе забыть об осторожности? Что произошло? Мне промыли мозги? Похоже на то. Как это случилось, когда?! Да фиг с этими мозгами! Нужно выбираться!
Руки и ноги были зафиксированы на совесть.
Он вернулся, поставил стул перед кроватью и сел. В его руках я увидела шприц с небольшим количеством желтоватой жидкости.
– Прежде чем я сделаю то, что позволит мне спокойно жить дальше, я бы хотел поговорить по душам, – спокойным тоном произнес он. – Тебе не холодно?
– Что ты сделаешь? – спросила я. – Что позволит тебе спокойно жить дальше? Объясни.
– Ну вот же, Таня. – Он показал мне шприц. – Ты или я. Вместе у нас не выходит.
– Что не выходит?
– Ничего не выходит, – улыбнулся он. – Ни жить, ни спать…
Он вдруг словно вспомнил что-то. С улыбкой на губах смотрел на шприц и изредка качал головой.
– Отпусти, – попросила я.
Он тут же пришел в себя:
