Абрам Ганнибал полностью

А понеже за очною болезнию и за слабым здоровьем и за протчими имеющимися у него болезнями при так касающемся яко инженер-капитану многотрудным до инженерного искусства деле ему, капитану, при Корпусе инженерном быть неспособно, того ради всеподданнейше вашего императорского величества прошу об отставке оного капитана Петрова о всемилостивейшем указе.

А для его, яко чужестранного человека пропитания не соизволит ли ваше императорское величество всемилостивейшее повелеть: по смерть его производить ему жалованье из ныне получаемой им суммы третью часть, а именно: по 100 рублей в год по рассмотрению Правительствующего Сената из какой суммы надлежит»[410].

21 мая 1733 года «по челобитию за имеющимися болезнями» Ганнибалу дали отставку с пенсией 100 рублей[411]. В дальнейшем его неоднократные прошения об увеличении пенсии услышаны не были. 30 июля 1739 года в Кабинете министров началось рассмотрение очередного прошения Ганнибала о прибавке ему к пенсии 100 рублей, так как увеличившейся семье «пропитание не хватает»[412]. 9 августа в журнале Кабинета появилась запись: «По прошению майора Авраама Петрова Ганибала арапа справиться — чего ради он отставлен, и пропитание дано такое-ль, как по регламенту определено, и потом доложить»[413]. На другой день новая запись: «Из Военной коллегии требовать ведомости: майора Авраама Петрова Ганибала, чего ради отставлен и пропитание дано такое-ль, как по регламенту определено»[414]. Рассмотрев челобитную, чиновники решили, что сумма пенсии в 100 рублей плюс доходы с мызы обеспечивала скромное, но достойное существование, после разбирательства появилась резолюция: «Велено отказать»[415].

Добиваясь увеличения пенсии и постоянно получая отказы, Абрам Петрович решил просить не денег, а крепостных. В Делах о наградах за выслугу и о других актах Высочайшей милости читаем: «Били челом: в марте 1740 г., — отставной майор Аврам, Петров сын, Ганибал о прибавке ему к нынешнему сторублевому окладу о пожаловании из ревельских казенных мыз крестьянских семей, сколько соизволено будет… Челобитчик этот получил от Кабинета отказ»[416].

Добиваясь отставки, Абрам Петрович продолжал хлопоты о разводе с Евдокией Андреевной. По завершении следствия Перновский военный суд выдал инженер-капитану Ганнибалу следующий документ:

«1733 года февраля 19-го числа по указу его императорского величества генерал-губернской канцелярии по промемории (должностная записка, подаваемая низшим должностным лицом высшему. — Ф. Л.) от фортификации господина барона фон Либерса в оную Канцелярию и по ордеру его Высокопревосходительства генерала Аншевта кавалера и Лифляндии губернатора Лесии повелено дело исследовать от фортификации господина капитана Петрова с кондуктором Яковом Шишковым во ослушании команды и в фальшивых доношениях к генералитетом и в блуде жены ево капитана и в отравке ево капитана женою и им Шишковым. Тако ж в оном деле в ведомстве (знании. — Ф. Л.) приличился в отраве кондуктор Гаврила Кузмицкий. И означенные кондукторы перед судом призналися во всем винны. И перед судом кондукторы просили слезно христианского прощения у господина капитана Петрова, на что означенный капитан Петров в обиде своей, не помня их злое умышление на ево капитана, во всем простил.

И того ради военный суд господина капитана Петрова признаваем всем судом правым. И от военного суда дан ему, господину капитану Петрову, сей аттестат»[417].

Известна собственноручная резолюция Петра I, имеющая заголовок «Вины разводов брачных», где перечислены причины разводов; первым пунктом он записал: «прелюбодейства и челобитье о том брачных друг на друга»[418]. Ей и руководствовался Перновский кригсрехт, выдавая этот аттестат.

До начала судебных заседаний во время предварительного следствия все свидетели и обвиняемые, включая Евдокию Андреевну, подтвердили обвинения, выдвинутые против них А. П. Ганнибалом. Вскоре после вынесения решения Перновским военным судом и выдачи его Абраму Петровичу осужденная отправила императрице челобитную.

Публикатор судебного решения (аттестата) Н. А. Малеванов критически отнесся к решению перновских судей, весьма расплывчато сформулированному, и утверждает, что, несмотря на признание вины кондукторов и Евдокии Андреевны и этот текст в пользу истца, на развод подавать было бесполезно. Ганнибал понимал слабость своего положения и поэтому полученным аттестатом пытался подменить документ о разводе.