— Вернемся к эволюции, которая так взволновала вас. На Земле такой необходимости не было, здесь демонам было комфортно в их естественном виде. И Дино стал первым, кто эволюционировал на этой планете. А знаешь, в чем ещё мой отец был первым? Даже приняв новый облик, демоны никогда не вступали в контакт с тем видом, в который они эволюционировали. Даже после эволюции они скрещивались только меж собой. То, что сделал Дино, было неестественно даже для демонов.
Адриан изменился в лице, стал задумчивым. Он отвернулся от Макса и сделал несколько шагов вперёд, затем обернулся и развёл руками.
— То, что произошло, непостижимо. Даже для меня.
Адриан поднял руку и сжал семнадцатый номер. Он медленно перекатывал колбочку между указательным и большим пальцами, задумчиво глядя перед собой. Глаза Макса и Лиры зорко следили за каждым перекатом. И с каждым движением их сердца замирали и сжимались. Вправо — замерло, влево — сжалось, вправо — замерло, влево — сжалось, вправо…
Макс чувствовал, как струйки пота стекают по спине, испарина покрыла и виски. Вправо — замерло, влево — сжалось, вправо — замерло, влево — сжалось…
Лира вдруг ощутила, что это одновременное чувство загнанности, беспомощности и страха ей знакомо, она уже испытывала нечто подобное, но когда? Где? Она не могла припомнить ни одной даже близко похожей ситуации. Кто и когда ее так загонял, пугал, а она была совершенно беспомощна? И тут она с необычайной ясностью поняла, это было давно, тогда… ещё в утробе матери, которую загнал фобос.
— Какая гамма эмоций! — неожиданно произнёс Адриан.
Он смотрел на них с неподдельным восхищением.
— Не думал, что кто-то еще способен переживать подобное. Здесь буквально всё вибрирует от ваших переживаний и ощущений. Я это чувствую, это так будоражит. — Абсолем говорил с наслаждением, словно и вправду испытывал нечто неимоверно приятное. — Как хорошо прощаться на таком пике.
Адриан лёгким рывком сорвал колбочку с гидронити. Макс почувствовал, как вместе с этой нитью оборвалось и что-то внутри него. Он почему-то подумал о последних минутах жизни Софии. Когда пуповина между ней и её ребёнком была разорвана, его сестра перестала контролировать это существо, и тогда мир стал обречён. Или он был обречён задолго до того, когда лишился… как он сказал… веры?
— Подожди! — Это сказала Лира.
Макс решил, что она произнесла это в порыве, в панике, но взгляд у девушки был совершенно спокойный и осознанный. Адриан смотрел на неё заинтересованно.
— Ты же всё понимал, — проговорила Лира, приближаясь к абсолему.
Макс даже не сделал попытки остановить студентку: какая разница — мгновением позже, мгновением раньше?
— Тебе придётся пояснять, тебя читать я не могу, — напомнил Адриан.
— Ты же давно понял, что я испытываю что-то к тебе. — Сказав это, девушка посмотрела в сторону, пряча лицо, словно стушевалась.
Адриан чуть наклонил голову, по-прежнему не отводя от нее взгляда:
— Ты была влюблена, этого я не отрицаю, но ты испытывала это чувство к Тренту Лайарду, а к абсолему по имени Адриан ты испытываешь лишь отвращение, которое даже не способна скрыть. Чтобы понять это, не нужно копаться в твоей голове.
Лира всё-таки посмотрела на него:
— Я уже не понимаю, где заканчивается Трент и где начинаешься ты. Я не могу разделить вас.
Адриан продолжал пристально рассматривать Лиру:
— Трента нет и никогда не было. Прими мои соболезнования, ты полюбила пустоту, несуществующее. — Он замолчал, затем чуть погодя добавил: — Это сильное разочарование. Мне тебя жаль.
Но Лира словно не слышала его. Она сделала ещё один шаг вперёд и практически уткнулась в его грудь. Адриан чуть наклонил голову, не отводя заинтересованного взгляда от её глаз. Кажется, они даже не моргали. Связь между их глазами была почти что осязаема. Лира потянулась к нему. Адриан не стал отстраняться, но и навстречу не наклонился. Просто ждал, когда она сама прильнёт и обхватит ладонью его затылок. Он не помогал, но и не сопротивлялся. Никто из них не закрыл глаза. Они продолжали смотреть друг на друга. Глаза Лиры были широко распахнуты, полны смятения и ужаса. Глаза Адриана… Макс не знал, как описать то, что было в его глазах. Неожиданно они расширились, и Адриан резко отпрянул от Лиры. Она осталась стоять на месте с чувством удовлетворения на лице. Макс заметил кровь на ее губах. Девушка раскрыла рот, на языке лежала расколотая ампула, осколки которой порезали ей десну и нижнюю губу. Лира грубо сплюнула их на лёд.
— Тяжело осознавать, что на этой вечеринке ты не самый умный? — произнесла она с усмешкой.
Адриан смотрел на нее с грустью.
— Для человека вещество лимба — яд, — проговорил он.
Лира насмешливо пожала плечами:
— Что ж, значит, у нас не будет «жили они долго и счастливо», ограничимся лишь «умерли в один день».