— Ну, Захария — один из тех двух студентов, которых я видела в этом хранилище. Любознательный парень, сидит здесь часто после занятий, читает, что-то конспектирует, тихий такой, спокойный. Порой я даже забываю, что он находится со мной в хранилище.
Макс задумался. Этот Захария набрал кучу дополнительных занятий, всё свободное время проводит в библиотеке, словно…
— Он не хочет идти домой.
— Что? — не сразу поняла Эмилия.
— Да так, опять мысли вслух.
— Если ты имеешь в виду этого мальчика, то я согласна. Он грустный… и становится еще грустнее, когда ему пора уходить. Возможно, у него какой-то конфликт с родителями.
Макс нахмурился. И ему против воли придется влезать в этот конфликт — вечные проблемы отцов и детей. В данном случае матери и сына. Если раньше ему просто не хотелось встречаться с Ирен Клео, то сейчас его конкретно воротило от одной этой мысли.
— Куда положить книги? — спросил Макс.
— Давай на стол, я потом рассортирую.
Неожиданно Эмилия вскинула голову и посмотрела Максу за спину.
— Что там? — Он обернулся.
— Странно, кажется, в дальнем секторе горит свет. Я выключала.
Макс положил книги на стол и пошел между стеллажами. Рука его по привычке легла на правое бедро, но вайпера там конечно же не было. Он дошел до конца стеллажа, остановился в центре пересекающихся проходов — пусто. Впереди был вход в дальнее хранилище.
— Здесь кто-то был, — тихо проговорила подошедшая Эмилия.
Она стояла у него за спиной и выглядывала из-за плеча.
— С чего ты взяла?
Эмилия кивнула на дальнее хранилище:
— Оно всегда заперто. Сама я редко туда захожу.
Макс пошел вперёд:
— Что там?
— Редкие издания, доступ к которым есть только у старшего преподавательского состава, профессоров и ректора.
Макс вошел в просторную комнату. По периметру она была уставлена стеллажами из каленого стекла, в центре находился большой массивный стол с лампой. Выход был лишь один.
— Здесь никого нет. Ты уверена, что закрывала его?
— Я закрывала, — твердо проговорила Эмилия.
— Ладно, скажу рабочим, чтобы они спустились и проверили замок. Он работает от той же карты, что и основной вход в хранилище?
— Нет, здесь отдельная карта, но я ее никому не давала. — Эмилия достала из кармана пиджака вторую карту и показала ее Максу.
В этот момент его манипулятор просигнализировал о начале первого занятия.
— Хорошо, покажешь ее рабочим. Мне пора идти.
— Да, конечно, — Эмилия еще раз окинула растерянным взглядом помещение, затем вышла вслед за Максом и закрыла за собой дверь.
Она проводила его к выходу из хранилища. По пути к себе в кабинет Макс сделал заявку в хозсектор, чтобы рабочие проверили замки в нижней библиотеке. По расписанию у него была группа второкурсников. Студенты уже ждали его возле кабинета. Каждый спокойно занимался своим делом: кто-то читал, кто-то болтал, кто-то просто уткнулся в свой манипулятор. Никому не было дела до опоздания преподавателя. За это Макс и любил работать со старшими группами — никакой суеты и паники.
Он открыл дверь кабинета, все быстро расселись по своим местам. Пока они усаживались, Макс включил свой манипулятор, ввёл номер группы и посмотрел предстоящую тему: «Глубинное изучение энергии фобосов». Он начал рассказывать материал, параллельно выводя на монитор формулы, фотографии, сделанные в опытных лабораториях, и учебные модели. Лишь под конец занятия его прервали. Руку поднял высокий парень, сидевший на последней парте. Если Макс ничего не путал, то он входил в сборную колледжа по воздушному теннису. Студент встал, и Макс заметил, с каким обожанием на него уставилась добрая половина девушек в кабинете. Хорошо сложенный и подчеркивающий это тесной футболкой, парень проговорил:
— Можно вопрос?
Макс удивился, что именно у спортсмена возник вопрос, обычно этим его донимали обитатели первых парт.
— Задавай.
— Когда вы начнете выдавать билеты на Бал Победителей? Обычно, мы их получаем за месяц.
— Точно, Тимо прав, осталось всего три недели, — вмешался приятель теннисиста, сидевший за соседней партой.
От удивления Макс чуть не выронил манипулятор. С какой стати они задают ему этот вопрос? Он не имел никакого отношения к билетам на Бал, да и вообще всегда держался как можно дальше от всех общественных мероприятий колледжа.
— Думаю, вопрос не по адресу, — проговорил Макс.
— Но в рассылке было сказано, что в этом году билетами занимаетесь вы, преподаватель Штайн. — Прекрасное светловолосое создание с первой парты захлопало ресницами.
