Он ввел свой код, открыл красную базу, ввел дополнительный пароль и повернул манипулятор к Максу. Тот не медлил ни секунды и быстро считал своим манипулятором необходимый контакт. Отключившись, он кивнул Паулюсу:
— Благодарю.
Ректор быстро закрыл базу.
— Зачем он тебе? — запоздало спросил Паулюс, но в кабинете он был уже один.
Конечно, Макс слышал вопрос, заданный в спину, но предпочел проигнорировать его. Все его мысли были заняты предстоящим делом. Итак, у него был необходимый контакт, оставалось сочинить письмо. Конечно, как только этот старик узнает, что его труд пропал, он тут же откликнется на просьбу и вышлет копию. Макс сталкивался с таким типом людей — они сбегают, чтобы их искали. Столько таинственности и непреклонности, да одним этим Корсаков мог заработать себе популярность. Что ж, он потешит самолюбие профессора. Дома Макс приступил к задуманному. Его послание было кратким, но между тем парой фраз он отдавал дань гению великого ученого и сообщал, что колледжу хотелось бы вновь получить его труд, который впредь будет оберегаться как зеница ока. Макс еще раз критически пробежался по тексту, не стал ничего исправлять и нажал «отправить». Словно почувствовав, что хозяин сделал все дела, Кошмара начала тереться о его штанину. Наматывая стандартные восьмерки между ног, она мурлыкала как приличный анидроид. Макс нагнулся и почесал ей за обрывком уха, и кошка совсем размякла. Он пошел на кухню; быстро перебирая лапками и постукивая кончиками коготков по полу, кошка последовала за ним. Макс достал из холодильника банку с кошачьей едой и вывалил содержимое в миску. Еще оставалось полбанки, Макс вернул её обратно на стеклянную полку, зацепил оттуда бутылку пива и закрыл холодильник. Открыл пиво, пена полилась через край. Макс вытер руку об штаны и вдруг замер. Как же он сразу не догадался! Он же вытер руку о свою амуницию. Там должно остаться пятно — образец той крови. Макс быстро достал манипулятор и набрал Корин.
— Ты на часы смотрел? — недовольно ответили на том конце.
— Корин, сердце моё, есть дело.
— Оно до утра не подождёт?
— Боюсь, что нет. Вспомни, моя хорошая, куда дели амуницию, в которой меня доставили в медсектор.
— Ты издеваешься? Из-за этого ты меня будишь?!
Далее последовала сложная конструкция непечатных слов. Макс дал Корин возможность продемонстрировать всю свою страстную южную натуру и терпеливо ждал, пока она закончит.
— Итак? — проговорил он, когда она умолкла, чтобы перевести дух.
Корин вздохнула и начала говорить по делу:
— Как обычно в таких случаях, одежда отправляется либо в утилизатор, либо в сортировку, а оттуда на дезинфекцию. В твоем случае был второй вариант.
— Значит, она в дезинфекционной, — проговорил Макс упавшим голосом.
Можно было не рассчитывать, что после дезинфекции на амуниции останутся хоть какие-нибудь следы.
— Да куда там, — проворчала Корин, — мы уже пятый день наладчиков дождаться не можем: конвейер в сортировке сломался. Там уже горы хлама скопились. Твоя амуниция даже не вышла за пределы сортировочной, так что не рассчитывай получить ее в ближайшее время. Кстати, — голос Корин стал подозрительным, — я же запретила тебе ходить на тренировки в ближайшие пять дней.
— И я строго выполняю все твои предписания, сердце моё, — заверил Макс. — А теперь к делу. Мне нужна моя амуниция, утром перед работой я заеду в твой сектор. Жди.
И Макс быстро отключился, не дожидаясь дальнейших расспросов. Утром он собирался быстро, чуть не забыв покормить Кошмару, но взгляд кошки, полный упрёка, вовремя затормозил его. Макс даже думать не хотел, что бы его ожидало вечером, не покорми он злопамятный комок шерсти. Только выполнив свои обязанности перед кошкой, он покинул квартиру. Корин уже ждала его на первом этаже мед. сектора. Как она ни пыталась сохранить недовольное выражение лица, но жгучее любопытство все же пробивалось сквозь нахмуренные рыжие брови.
— Сердце моё, веди в сортировочную.
Корин вызвала лифт: когда они вошли, нажала на минус пятый:
— Ты ведь понимаешь, всё, что попало в сортировочную, выходит только через дезинфекционную. Я не смогу выдать тебе твою амуницию.
— Выдашь, дорогая моя, выдашь. — Макс с улыбкой посмотрел на Корин.
Они подошли к высокой двери, похожей на банковскую. Корин молча ввела свой код, просканировала сетчатку глаза, погрузила руку в жидкий сканер, и дверь, несмотря на всю массивность, легко и бесшумно раскрылась. Они оказались в тесном помещении со шкафами. Корин открыла ближайший и вытащила оттуда длинные перчатки и две прозрачные маски. Один комплект она отдала Максу, другой взяла себе.
— Это обязательно? — поинтересовался Макс, натягивая перчатки.
— Обязательно, — проворчала Корин, — знал бы ты, откуда нам иногда привозят пострадавших и где побывала их одежда.
Макс предпочёл не узнавать. Корин ввела очередной код и открыла внутреннюю дверь. В нос Максу ударил стойкий запах гари.
— Вчера привезли на витаминизацию пожарных, тушивших Восточные сады, — пояснила Корин, — вся их амуниция уже здесь.
