— Если ты смогла достать такое, то пробить для тебя чуть больше сведений про «Гидру» будет ещё легче. И всё ещё не договорили про Долгорукова. Разве у Долгорукова нет наследника? Ты ведь что-то говорила про сына…
— Он умер, — резко ответила Агнесса, наливая кипяток в заварочный чайник. — Произошло страшное происшествие. Множество разломов открылось в тот год. Все были и так сильно напряжены… А тогда… Невский не успел спасти своего брата и не одного… В то десятилетие Российская Империя потеряла слишком много молодых парней и девушек, которые подавали большие надежды для Империи… Надежды, которые были сожжены за мгновения. Они жили, мечтали и стремились, чтобы простые люди без аспектов могли жить, и… Мы победили, но какой ценой. Ценой сотен жизней наследников и гениальных магов.
— Вправе ли я говорить такое, но несколько лет назад в Российской Империи произошло тоже самое. И в нынешнее время мало что изменилось, и это не только проблема этой Империи, а всех стран в общем. Пока будут люди — будут смерти. Это неизбежно.
— У нас есть общий враг! — резко воскликнула девушка, ударив по столу, отчего чашки содрогнулись. — А мы грызёмся между собой, и спросите на милость, ради чего⁈ Из-за кусков грязи, земли и знатности⁈ Те люди умерли, и их не вернуть, а нынешняя аристократия жирует на достижениях героев прошлого⁈ Ради этого они отдали свои жизни⁈ Молодые и полные мечтаний⁈ — Агнесса резко выдохнула. — В конце будет ещё одна шутка, и тогда мы все будем смеяться. Те, кому не всё равно, будут тащить за собой безразличных. Это всегда так. Выходя на улицу, ты неизбежно занесёшь в дом мусор.
— Тогда нужен коврик, который будет собирать этот мусор, — улыбнулся я, взяв графиню за руку. — Не знал, что это так сильно тебя беспокоит. История…
— Шутка ли, но история всегда повторяется. И чтобы это понять, не нужно быть историком. Те же люди, те же ошибки, только имена меняются.
Говорила она, но я чувствовал её боль, и она откликалась в моём сердце. Эта ситуация очень похожа на то, что происходило со мной.
Возможно, что она не жила в то время, но сейчас происходит всё тоже самое, и я… Орден Стражей. Каждый в нём проходит точно такой же путь из раза в раз. Тысячи мёртвых юношей, и всё это на наших руках…
Да, я был Мастером Ордена Стражей достаточно долго, но даже мне не удалось спасти их всех. Вселенная настолько нуждается в своих героях и защитниках, насколько она огромна. И этого… даже мне не удалось изменить.
Помню ли я лица всех тех, кто умер так или иначе? Конечно помню, но история не запомнит имена тех безымянных Стражей, которые отдали жизни за их миры. Вряд ли даже моё имя запомнили… хоть оно и высечено в стене, как и множество тысяч других в Твердыне.
— А что дочь? — спросил я, собравшись с мыслями.
— На тот момент единственная дочь князя Долгорукова вышла за молодого князя Дмитрия Александровича Воронцова, который был вторым Великим Архимагом аспекта огня в Российской Империи в то время, — продолжила она подготавливать чай, проливая первую порцию в раковину.
— Было два Великих Архимага? — удивился я. — Мне казалось, что один за сто лет уже большое достижение.
— Тот век… — чуть сбившись, остановилась девушка, — был особенным на количество сильных одарённых, но и войн, разломов и аномальных зон хватало. Мне кажется, что это всё взаимосвязано. Сила одарённых и их количество… Будто чем больше энергии мы используем, тем сильнее планета даёт нам отпор. Хоть это всего лишь мысли, но многие учёные поддерживают некую теорию о защитном механизме самой планеты. Правда это или нет, сказать сложно, так как у нас вовсе нет возможности добыть эти данные и выяснить истинное происхождение разломов.
— Мы как мыши в колесе, лишь можем лишь крутиться и закрывать разломы, — неожиданно я вспомнил слова своего старого друга. — Впрочем, твоя теория смысла не лишена, но правда ли это?
Конечно не правда. Разломы, расколы, бреши, разрывы — как ни назови, но всё это связанные вещи одной цепи. В разных странах, мирах их называют по-разному, но всё это одно и тоже.
Порталы в другие миры… При помощи которых можно перемещаться с планеты на планету, точнее, возможно, что это было их истинное предназначение, но в итоге всё вылилось в то, что по ним в миры, населённые живыми существами, проникают твари.
Они стремятся уничтожить население планеты. Ну как они. Бывает такое, хоть и не часто, но твари в разломах могут попасться разумными, но зачастую они очень агрессивны, и всё равно в конечном итоге это всё превращается в игру на выживание.
Часто люди слабее тварей. Миры есть разные, и где, как, например, эта, они могут сопротивляться и даже сделать это частью их жизни и быта, другие терпят крах.
Я часто наблюдал за такой картиной. Был даже один мир, к которому я частично привязался. Раз в десять лет происходил массовый слом барьеров. Разломы открывались так часто и такой силы, что люди просто не справлялись.
