Они выехали из аэропорта по четырехполосному шоссе и вскоре оказались в районе плотной городской застройки, с бежево-белыми зданиями всех форм и размеров по обе стороны дороги. В мощной машине, плавно несущейся по шоссе, за тонированными стеклами Росс чувствовал себя спокойно и в безопасности.
– Хуссам Удин обращается ко многим людям, – снова заговорил Хадиди, – и то, что он говорит, не всем нравится.
– Верно.
– Знаете, мы здесь, в Египте, привыкли спокойно уживаться вместе. Хочешь верить в одного Бога? Во многих богов? Ни в одного? Пожалуйста. Верь во что хочешь! Он, – Хадиди ткнул пальцем в небо, – не возражает! Но теперь все изменилось. Льется кровь. Убивают христиан. Почему?
– Это происходит во многих странах. Не только у вас.
Несколько минут они проехали в молчании, затем Хадиди снова заговорил:
– Сейчас отвезу вас в отель. А завтра поедем в Долину Царей. Место, где хоронили фараонов. Вам нужен храм царицы Хатшепсут, так?
– Верно.
– Я к вашим услугам. Пока находитесь в нашей стране, вы мой гость! Сегодня отдыхайте. А завтра в дорогу. Хорошо?
– Отличный план!
Ночевал Росс в отеле «Штейгенбергер». Предыдущей ночью он почти не сомкнул глаз, а здесь пришлось встать в 6.30 по местному времени – и 4.30 по времени английскому; так что наутро Росс отчаянно зевал и тер глаза.
Он раздвинул шторы, и взору его предстала волшебная голубая гладь Нила, а за ней, на дальнем берегу – пустынный холмистый пейзаж. Все здесь было ярким, омытым солнцем, словно на полотнах Хокни, и сам свет казался ярче и свежее, чем в Англии. Росс сфотографировал пейзаж на телефон и отправил сообщением Имоджен. Он знал, что она уже проснулась – в эти дни жена тоже плохо спала.
Затем Росс съел завтрак в номере, надел легкие летние брюки, белую футболку, льняной пиджак и кроссовки, перекинул через плечо сумку и спустился в холл, где уже ждал его улыбающийся Хадиди.
Тем временем пришел ответ от Имоджен:
Росс расплатился по счету и выписался из отеля. Обратный билет в Лондон он взял на сегодняшний вечер – хотя не был вполне уверен в том, что сегодня улетит домой.
Они выехали со стоянки и оказались на шумной улице, в реве моторов и неумолчном пронзительном гудении сигналов. Машины, автобусы, мотоциклы, мопеды – на многих из них египтяне ехали по двое, – велосипеды… все здесь смешалось. В какой-то момент отчаянно зевающий Росс заметил, что мимо них проезжает по обочине человек в белой джеллабе верхом на ослике, с сумками, полными какой-то зелени, по бокам. В другой раз им пришлось остановиться на перекрестке, пропуская вереницу телег с лошадьми в упряжи.
– Знаете историю царицы Хатшепсут? – поинтересовался Хадиди, перекрикивая музыку.
– М-м… довольно смутно.
– Считается, что она была первой женщиной-фараоном. Взошла на трон в одна тысяча четыреста семьдесят восьмом году до нашей эры, правила вместе с Тутмосом Третьим. Хорошая правительница, много строила по всей стране. Она была пятым фараоном Восемнадцатой Династии.
– Угу.
– Мистер Росс, у вас к ней какой-то особый интерес?
Они уже выбрались из города. Поток машин поредел, многоэтажные здания вдоль дороги сменились ветхими лавчонками, скорее даже, рыночными палатками под крышей. Двое мужчин в коричневых джеллабах, сидя на обочине, на растрескавшемся асфальте, пили из стаканчиков что-то темное – кажется, кофе. Вдруг сзади с пронзительным воем вынырнул мотоцикл, подрезав «Тойоту». Хадиди ударил по тормозам, высунувшись в окно, прокричал вслед водителю что-то обидное по-арабски, а затем выразительно развел руками.
– У нас много безумных водителей, – объяснил он.
– Таких и в Англии хватает, – рассеянно ответил Росс. Он был занят – фотографировал из окна на телефон египетскую глубинку.
– И куда спешат? Наслаждайся жизнью там, где ты есть!
– Вот и мне так кажется, – ответил Хантер, от души порадовавшись, что Хадиди водит куда осторожнее большинства здешних автомобилистов.
Впереди показался Нил. Росс откинулся на спинку удобного кожаного сиденья, прикрыл глаза и уже задремал, когда его выдернул из сна писк телефона. Эсэмэска от Имоджен.
Росс послал в ответ смайлик.
По мосту они переехали Нил и направились к подножию суровых желто-бурых гор с крутыми уступами, будто сложенных из огромных плит.
– Фараоны… – заговорил Хадиди, вновь принимаясь за непрошеный урок истории. – Они хотели быть захороненными вместе со всеми их сокровищами – золотом, драгоценностями, оружием и прочим, чтобы взять все это с собой в путешествие в нижний мир. Однако опасались грабителей могил и потому создали здесь, вдали от Фив – то есть от Луксора – на западном берегу Нила эту долину, где их гробницы находились под охраной.
– Очень разумно. Умереть, а потом еще и стать жертвой грабителей – я бы тоже огорчился! – заметил Росс.
