Ему было холодно и одиноко, он был изолирован в своей собственной пустой вселенной. Он почувствовал холод острее, чем на пустошах Арталлы, холод, который, как он мог себе представить, был более суровым, чем объятия самих темных богов.
И все же он был один. Он кричал о своей нужде, о своем страхе, но его голос оборвался, бессильный в холодной пустоте космоса.
Полностью… один…
— Где он? — крикнул Ханчербэк. — Верните его обратно!
Телдин, молча, стоял, пораженный не меньше остальных в комнате. Он закрыл глаза и сосредоточился на лице Кристобара.
Плащ закружился вокруг него. Цвета внутри сменились на оттенок более плотный, чем любой черный, который когда-либо видели собравшиеся. И, наконец, плащ свернулся, и Кристобар вывалился из темной подкладки. Он, дрожа, скорчился на полу в позе эмбриона. — Н-н-никого, — прошептал он. — Так х-х-холодно...
Ему помогли сесть за стол и завернули в одеяла, и холод под плащом Телдина вскоре рассеялся. Телдин извинился за причиненные неудобства. — Иногда он делает что-то сам по себе, — пояснил он. — Иногда я задаюсь вопросом, кто же из нас на самом деле хозяин.
— Владелец Плаща, КассаРок, — наконец, сказал Даймондтип, — у всех нас есть причины для стратегического союза. Его голос был глубоким и рокочущим, с оттенком спокойного достоинства. — Я верю, что вы человек мира, и, хотя мы все должны время от времени защищаться, я думаю, что никто из нас здесь не хочет войны. Мы просто хотим выжить.
— Вы можете рассчитывать на две дюжины воинов, гиффов, которые поддержат вас, когда назреет битва. Владелец Плаща, вы убедили меня, по крайней мере, своим волшебным плащом... но особенно честностью, которую я чувствую за историей ваших поисков, и в ваших глазах. Мое единственное желание — чтобы ваш друг Гомджа был бы здесь и разделил наши победы. Он — добрая репутация гиффов. Сражаться рядом с ним здесь было бы честью для меня.
— Спасибо, Лорд Ходжсон, — ответил Телдин. Он посмотрел на остальных. — Можем ли мы также рассчитывать на вашу поддержку, джентльмены?
Кристобар бросил настороженный взгляд на Телдина, затем наклонился к Ханчербэку. Они немного поговорили между собой, а Лорд Кова воспользовался возможностью высказаться. — Я увидел достаточно. Цитадель Ковы встанет на сторону Владельца Плаща, хотя мне все еще трудно поверить, что капитаны «Спеллджаммера» — не гномы. Я не знаю, откуда вы это узнали, но ваш плащ силен, и я чувствую, что сегодня здесь каким-то образом сплетается судьба, поскольку линии вашего плаща каким-то образом тесно переплетены с вашими собственными.
— Нас всего триста, гномов Ковы, но мы будем сражаться вместе с вами, Телдин, Владелец Плаща, или мы умрем.
Файрспиттер также согласился. — Нас всего около сотни в башне Свободных Гномов, Владелец Плаща, но мы с радостью будем сражаться на вашей стороне, за жизнь и за мир во всех сферах.
— Хорошо, — ответил Телдин. — Превосходно, — и повернулся лицом к халфлингам.
Ханчербэк гордо выпрямился. — Мы с вами, Владелец Плаща, все двести из нас. Мы маленькие, но мы дадим этим неогам — и всем остальным — возможность побегать за их, же деньги.
Файрспиттер поднял свой эль в тосте. Остальные встали и подняли свои кружки. — За Телдина Владельца Плаща, — провозгласил Файрспиттер, — за мир и, за, — подумал он, поглаживая свою украшенную бороду, — за Союз Плаща!
Маг, бехолдер Кронос; правление Джоса Драгонридера.
*****
Смерть пришла в башню минотавра быстро и безжалостно.
Охранник-минотавр у дверей башни поначалу был шокирован, увидев трех ксенофобских бехолдеров, проплывающих мимо его поста. Он был еще больше удивлен, когда один из них повернулся к нему и ухмыльнулся, обнажив свои уродливые, деформированные зубы в дикой улыбке. Маленький глаз на одном из десяти глазных стебельков повернулся к охраннику. Вспыхнул желтый луч интенсивного света, и мгновенно минотавр отшатнулся, больше не контролируя свой разум.
Бехолдер повернулся к своим спутникам. — Наш первый раб войны, — сказал он, смеясь.
Они крадучись вошли в башню, порабощенный минотавр шел впереди по узким коридорам. Минотавр входил в каждую дверь, и бехолдеры очаровывали других минотавров лучами своих глаз.
Большинство из сорока минотавров башни стали их рабами к тому времени, когда бехолдеры достигли покоев лидера минотавров, Хаммерстана Брейкокса. Один минотавр постучал в дверь и сказал деревянным голосом: — Лорд Брейкокс, мы должны поговорить с вами.
Ответ изнутри последовал быстро. — Входите!
Бехолдеры приказали девяти минотаврам войти и тайно окружить своего лидера.
Брейкокс был огромен, более шестнадцати футов ростом, вдвое выше других минотавров и в четыре раза свирепее. Когда минотавры продолжали молчание, Брейкокс встал, и спросил: — Что это?
Минотавры молчали.
В одно мгновение Брейкокс понял, что с его воинами что-то не так, и бросился к гигантскому топору, прислоненному к стене.
