Виктор поднялся, достал со шкафа старинный видеомагнитофон, покрытый
вековой пылью, и, подключив его к телевизору, вставил присланную неизвестным
кассету. Под звуки ружейных залпов и улюлюканье краснокожих Воронцова
сморил крепкий и здоровый сон.
.
Сон капитана №-2.
.
Темнота. Непроглядная. Будто глаза выкололи.
Виктор поводил руками вокруг себя. Ничего. Вздохнул полной грудью.
Легкие обожгло. Воздух холодный, как зимой. И запах… Чем же это может
пахнуть? Воронцов потер озябшие ладони.
«Черт, темень какая! Зажигалка! У меня в кармане подарок
Императора!».
Капитан вытащил «Зиппо», откинул крышку и чиркнул колесиком.
Поток искр с первого раз не зажег пропитанный бензином фитиль, хотя, если
верить рекламе, должен был. Еще раз. Теперь огонек вспыхнул и сыщик
прищурился. По полу запрыгали кривые тени. Глаза постепенно стали
привыкать к сумраку.
- Твою мать! – воскликнул Виктор и шарахнулся назад.
Прямо перед ним с потолка свисали стальные крюки, на которые были
насажены сотни человеческих голов и рук. По спине следователя заколотили
отрубленные конечности. Подошва ботинок заскользили на лужах крови,
которая еще не успела застыть. Воронцов присел, и оперся на руки, чтобы не
упасть. Пальцы тут же увязли в багровой субстанции.
- Что это?! – сам себя спросил Виктор.
Эхо его голоса разлетелось по ангару. В ответ прозвучал еле слышный
смех.
- Кто здесь?!
Ответа не последовало. Следователь попытался выпрямиться, но
наткнулся на кровоточащую руку со скрюченными пальцами. Сделал шаг в
сторону и глаза в глаза встретился с обезображенной гримасой смерти
головой, раскачивающейся из стороны в сторону. Смех повторился.
- Я найду тебя! – крикнул Виктор и, сгорбившись, стал двигаться вперед.
Отталкивая от себя свисающие с потолка части тела, он шаг за шагом шел
туда, где слышался смех. Сверху на голову Воронцову капала кровь, ноги
скользи по полу. Мороз забирался под одежду. Такого и врагу не пожелаешь.
Зажигалка нагрелась. К запаху крови присоединился и «аромат» бензина.
«Что это там?».
Виктор всмотрелся в темноту, продолжая двигаться вперед, пока не
уткнулся в стену, на которой висела огромная, в полный рост, картина,
заключенная в позолоченную старинную раму. Странность заключалась в
том, что полотно оказалось абсолютно черным. Несколько секунд ничего не
происходило, как вдруг…
Раздался оглушительный хохот, эхом разлетевшийся по ангару, а из
холста над следователем нависла, не понятно как тут появившаяся, фигура в
