Она как хрупкий цветок в его руках, который он с таким трепетом оберегает, никому не позволяя сломать её.
Ведь именно эта прекрасная девушка является той одной, которая нужна ему и за которой он готов следовать по пятам даже вслепую.
Но она каждый раз упрямо ускользает из его рук, словно едва уловимое наваждение, тем самым будто призывая его постоянно, снова и снова догонять её, при этом заполняя всё вокруг своим хохотом. И он, не задумываясь, следует за ней, упрямо пытаясь наконец настичь её, в то время как она с непринуждённой ловкостью скрывается за деревьями, не переставая играть с ним в прятки.
Короткое светлое платьице придаёт ей невесомой лёгкости, воздушности, словно она только что сошла с самих небес, настигнув его здесь.
Наконец, она замирает в ожидании, находясь к нему спиной и кончиками пальцев теребя подол платья.
Небольшой кулон на её нежной шее ослепляет своим блеском, указывая ему путь к ней.
Медленные шаги, боясь нарушить воцарившуюся безмятежность. Его пальцы осторожно касаются бархатной, чуть смуглой кожи, вызывая едва заметные мурашки.
Он чувствует, как она дрожит от волнения, затаив дыхание…
Верхние фаланги неторопливо и невесомым прикосновением скользят по ней, тщательно и ревниво изучая каждый миллиметр.
Казалось, её грудная клетка совершает одни прерывистые вдохи, напрочь забыв о выдохах.
В этот момент, он мог поклясться, что ощущает её учащённое сердцебиение, как своё собственное. Ведь она действительно за столь короткое время стала неотъемлемой частью его самого.
Он аккуратно и предельно нежно убирает волосы с плеча девушки, понимая, что нет потребности в спешке, тем самым желая сполна насладиться ею, узнать получше, разгадать секрет этого притяжения и стать ещё ближе. Но она по-прежнему молчит, как и всегда не проронив ни слова, наконец беспрекословно отдаваясь во власть его рук.
Губы неторопливо начинают целовать её плоть, со всем нетерпением пробуя на вкус и скользя по шее, оставляя по себе слегка влажный след.
Он всё больше зарывается лицом в её волосы, обжигая своим жарким дыханием ухо, при этом ощущая, как она становится более податливой, приготовившись просто обмякнуть в его крепких объятиях, отзываясь уже частыми и тяжёлыми вздохами.
Есть в ней нечто такое, что неумолимо притягивает его к ней…
Запах её кожи, без примеси парфюма, казалось, мог окончательно свести его весьма чуткое обоняние с ума.
Ещё никогда он не встречал такого. Это запах её невинности, которым не в силах был надышаться, жадно припадая к ней.
Он опьяняет его, затуманивая сознание, словно являясь самым сильным из всех существующих дурманов.
Оторваться от неё всего на одно короткое мгновение — не представляется возможным, отчаянно нуждаясь хотя бы ещё в одном единственном глотке воздуха, которым для него являлась именно она.
Его поцелуи становятся всё более настойчивыми, ненасытными, будто он упрямо пытается утолить сумасшедшую жажду, с которой не в состоянии совладать, как только она оказывалась в непосредственной близости.
Но его упрямый натиск вовсе не испугал её, не оттолкнул, а, напротив, вызвал блаженную улыбку на лице, вынуждая в наслаждении закрыть глаза от этих ощущений, что были столь новыми для неё.
Всё внизу живота стягивается в тугой узел, в один миг становясь болезненным.
Расслабление идёт наравне с напряжением, сковав стальными цепями мышцы, не давая ни малейшей возможности сдвинуться с места или хотя бы пошевелиться.
Ни намёка на сопротивление. Полная самоотдача и слияние мыслей, желаний.
Их пальцы тут же переплелись воедино цепкой хваткой, не желая отпускать и этим жестом давая понять, что они принадлежат друг другу.
Но в один миг всё переменилось. Она медленно отстраняется от него, освобождаясь от объятий и всматриваясь в его лицо, в то время как в её взгляде застыло непонятное выражение.
Девушка неспеша склоняется к нему, едва касаясь его губ своими, подарив почти невесомый, но такой желанный поцелуй.
Шаг назад, разомкнув пальцы и отпустив его руку, пока он непонимающе смотрел на неё в ответ.
Она снова оставляет его одного, растворяясь в тумане. И ему уже не дотянуться к ней.
Тяжёлое дыхание вырывается из грудной клетки, в то время как Стефан резко распахивает глаза и быстро приподнимается на постели, лихорадочно осматриваясь по сторонам.
Как обычно, он находится в своём доме, в кровати, а всё произошедшее опять оказалось сном, где вновь и вновь встречался с той девушкой с тёмными волосами, карими глазами и незабываемым запахом смуглой кожи.
Даже сейчас он всё ещё ощущает его, отчаянно пытаясь удержать в своей памяти.
Судорожным движением запустив пальцы в волосы и после потирая влажную, вспотевшую шею, он пытается собраться с мыслями, сглатывая ком этого наваждения.
Сквозь задёрнутые шторы уже пробиваются первые лучи приближающегося рассвета, призывая его окончательно пробудиться и направиться в душ, чтобы избавиться от напряжения, что никак не отпускает его.
Чашка крепкого, ароматного кофе, чтобы взбодриться.
Тёмного цвета футболка, потёртые джинсы.
