К своей семье Андрей относился примерно так же, искренне полагая, что семья — это то же производство, с распределением прав и обязанностей, с бюджетом, с необходимостью правильно выстроить отношения внутри пусть и маленького, но все-таки коллектива. Никакой разницы. И поскольку на работе Андрей лучше всех знал, что и как нужно делать, точно такую же роль он играл и дома. Роль отца-основателя, многоглазого опекуна и строгого наставника.
Каждое утро в семье Андрея Сергеевича начиналось с инструктажа. Закончив завтрак ровно за пятнадцать минут до приезда водителя, он вставал из-за стола и произносил:
— Садись, записывай план на сегодня.
— Андрюша, я и так знаю, что мне делать, — возражала жена Аня.
— Ну что ты можешь знать, а? Садись и пиши. Возьми блокнот.
Этот диалог повторялся изо дня в день с различными вариациями.
— Первое, — мерно диктовал Андрей, расхаживая по комнате взад-вперед. — Отвезти Филиппа на лечебную физкультуру.
— Неужели ты думаешь, что я забуду отвезти ребенка в поликлинику?
На риторические вопросы Бегорский не отвечал.
— Ты записала? Отвезти на физкультуру, выезд из дома в девять сорок пять. Напиши: в девять сорок пять!
— Я и так помню, во сколько нужно выезжать.
— Второе. Заехать в продуктовый магазин на Ленинском проспекте, возле поликлиники. Запиши адрес.
— Андрюша, ты меня совсем за идиотку принимаешь? Ты думаешь, я не знаю, где продукты покупать?
— Ты поедешь именно в этот магазин, там хорошая свежая рыба.
— Но я не планировала на сегодня рыбу, я собиралась…
— Сегодня мы едим рыбу, — не повышая голоса, продолжал Бегорский. — Рыбу необходимо есть не реже трех раз в неделю, поэтому сегодня ты поедешь за рыбой.
— Ну хорошо, хорошо.
— Тут нечего обсуждать. Я говорю — ты записываешь. Ленинский проспект. Войдешь, спросишь Ольгу Алексеевну, скажешь, что от меня, как обычно. Ты ее должна помнить, такая толстая противная баба. Скажешь ей, что тебе нужна свежая рыба.
— Какая? — покорно спрашивала Аня.
— Сегодня возьмем треску.
— А если трески не будет?
— Не будет трески — возьмешь судака.
— Но я не люблю судака!
— Возьмешь судака, он очень полезный, нежирный, в нем много витаминов. Три рыбки, среднего размера, сантиметров по сорок. Запиши: по сорок сантиметров.
— Записала.
— Кроме того, покупаешь там же хорошие овощи. Фрукты у них не бери.
— Почему?
— Потому что овощи там хорошие, а фрукты плохие.
— Но я бы купила сразу все в одном магазине…
— Записывай список овощей: морковь — килограмм, свекла — две штучки, вот такие, — он показывал руками, — с крупное яблоко, не больше.
— Ты мне, может, еще и диаметр назовешь?
Он не замечал насмешки и отвечал:
— Диаметр примерно десять сантиметров.
В какой-то момент Аня не выдерживала.
— Слушай, Бегорский, ты что, всерьез все это диктуешь?
— Я все делаю всерьез. У меня нет времени, мне пора уезжать. Написала? Дальше: огурцы — шесть штук, помидоры — четыре штуки, только посмотри, чтобы были не мятые. К часу дня чтобы была дома. Кормишь Филиппа обедом, обедаешь сама по составленному вчера меню, не вздумай нарушать, я приеду — проверю. У ребенка совершенно другое питание, его нельзя кормить тем, что едим мы с тобой. И это не обсуждается! Кладешь ребенка спать. В четыре часа везешь его на плавание.
— Андрюша, я все-таки прошу тебя подумать: не рано Филиппу ходить в бассейн? Ему всего два с половиной года.
— У ребенка сколиоз, ему нужно исправлять осанку, и лучше плавания нет ничего. Плавание и лечебная физкультура. К спорту нужно приобщаться с самого рождения, чем раньше начинаешь заботиться о своем здоровье — тем лучше. Всё, закрыли тему. В половине шестого ты забираешь Филиппа из бассейна, везешь домой, кормишь ужином, меню лежит на холодильнике, посмотришь и все приготовишь. Я буду дома ориентировочно в восемь — в половине девятого, если будут изменения — я тебе сообщу. Мне приготовишь одну рыбку, запеченную в фольге, и овощи, тушенные на пару. Вечером я дам тебе дополнительные указания. Возможно, мне придется уехать в командировку, так что на всякий случай надо перестирать и перегладить все мои рубашки.
— Все? — недоверчиво переспрашивала Аня. — Все, какие есть?
— Да, именно все, какие есть, потому что там, куда я лечу, непонятно, какая будет погода, и непонятно, какой костюм я надену.
— Но можно же позвонить, узнать, или в Интернете посмотреть…
— Я еще не знаю, когда я полечу. Анечка, мне очень скучно тебе все это объяснять. Мне нужны все рубашки, чтобы в любой момент я мог выбрать то, что мне понадобится. И всё, мы это не обсуждаем.
— А мы вообще когда-нибудь что-нибудь обсуждаем?
— А зачем обсуждать? Я тебе сам все скажу, ты только спроси — и я все тебе скажу. Теперь насчет завтра: сегодня вынь все из шкафов и комодов, всю посуду, белье, вещи.
— Зачем?
— Анюта, у меня нет времени отвечать на вопросы. Освободи всю мебель в большой гостиной и в моем кабинете.
— Что случилось? Мы переезжаем?
— Я купил новую мебель.
— Как — новую мебель? А со мной посоветоваться не нужно?
— Аннушка, я уже сказал: на вопросы я не отвечаю, у меня нет времени. Ты вынимаешь всё…
— А если мне эта мебель не понравится?
