– Вот бездна, как ты не понимаешь, в Аду такое не прощается!
– Ну, а я прощу.
– Тогда прекрасно, что ты любовница Его превосходительства, официально им признанная. Ведь начхать, что ему плевать на тебя, но такого отношения к своей собственности он не потерпит!
В таком гневе Лея Дайну ещё не видела, однако, внутренне содрогаясь от сочетания слов «официальная любовница» и «собственность», девушка смогла отдать свой приказ уверенным и спокойным голосом:
– Значит, Ал’Берит не должен ничего знать. И никто более. Всем понятно?
Её интонация остудила обстановку. Поучения прекратились. Правда, все демонессы одновременно возмущённо фыркнули, но, главное, промолчали. Не стали перечить.
В дверь постучали. Хотя вернее было бы сказать – поскреблись. Очень смущённо и нерешительно. Дайна, закатывая глаза, открыла дверь, не спрашивая у Леи на то разрешения в желании хоть как-нибудь насолить ей. В коридоре оказался управляющий. Уже умытый и переодетый. Его внешний вид вернулся к прежнему состоянию. Разве что выражение лица стало строгим и виноватым.
– Вы что-то хотели, Эйтон? – поинтересовалась Лея.
Вампир сделал низкий поклон, едва не дотрагиваясь лбом до пола, и пролепетал:
– Госпожа, я бы ещё раз хотел принести свои извинения за произошедшее, и понимаю, что власти…
– Если вы не будете распространяться, – перебила его она, – то никто ничего не узнает. Главное, чтобы ваши временные потери в рабочей силе не сказались на итоговом результате работы.
– Благодарю вас, госпожа, – изумление от проявленного великодушия смешивалось с недоверием. – Но почему?
– Потому что это я виновата, – призналась второй заместитель, давая волю своим чувствам. – Это из-за меня было дано указание перенести этих людей сюда, сломав при этом все их жизни и судьбу, – молодая женщина замолчала, собираясь с мыслями, и, посмотрев управляющему в глаза, добавила. – Я не могу забыть, как Ролан говорил про кипящую кровь в жилах. Как становятся вампирами, Эйтон?
– В несколько стадий. Они все болезненны и крайне неприятны, – собеседник, не желая и далее сталкиваться взглядом с Леей, опустил голову. – Но они ничего не стоят одной… Вы когда-либо обжигались кипящим молоком, госпожа?
– Было как-то, – ответила она, хотя толком не припоминала такого. Вспоминалась только пословица, что «обжёгшись на молоке, дуют на воду». Видимо, это было намного больнее.
– А вы пробовали держать в кипящем молоке руку хоть несколько секунд?
– Точно нет, – не будь вампир столь серьёзен, то можно было бы улыбнуться. Уж как-то забавно звучали его вопросы.
– Но могли бы вы представить, каково это, когда достаточно долго кровь напоминает то самое кипящее молоко? Только от боли никуда не деться, ибо и руки, и тело, и шея накрепко прикреплены к столу.
Лея припомнила, как совсем недавно лежала на кровати. А голос Эйтона, полный горечи воспоминаний, не затихал:
– А кровь всё бежит и бежит по венам, сводя с ума, пока в один момент не начинаешь понимать, что вот он конец. Конец всей прошлой жизни. И это на самом деле так. Сердце бьётся вновь, но ты окончательно осознаёшь, насколько удручающее существование тебе предстоит.
– Да. Я знаю, каково это, когда тебя кидают в мясорубку. Когда ставят немыслимые условия и требуют, и требуют… А ты просто понимаешь, что всё равно хочешь жить, – продолжила за него она тихим голосом. Эйтон кивнул, но позволил себе немного поправить.
– Всё равно не хочешь умирать. Потому что наша смерть медленна, и намного мучительнее обращения, госпожа.
– От меня никто ничего не узнает. И, в целом, через пару часов я уеду. Не думаю, что мне удастся заснуть после этих событий, – сказала второй заместитель и мягко улыбнулась. – Но знайте, вряд ли я ещё приеду сюда без всего клана Дагна. Да и, в конце концов, решать вопросы мы можем и по переписке. Во всяком случае, пока ситуация в посёлке не переменится, так будет лучше. И можете не волноваться за жителей. Никаких сокращений в поставках не следует ожидать.
Ненадолго повисла тишина, а затем Эйтон ни с того ни с сего осведомился:
– Позволено ли мне будет просить вас задержаться, госпожа Пелагея?
– Зачем? – удивилась Лея и приподняла брови.
– Я считаю, что должен вам кое-что показать. Поверьте, это крайне важно. Но до места назначения не так уж и близко, поэтому я бы рекомендовал вам сперва отдохнуть.
– А я бы не стала рекомендовать вам эту поездку, госпожа, – вмешалась суровая Дайна.
– И сколько займёт дорога?
– Если на дэзултах, то около четырнадцати часов. Но ехать надо верхом. Карета там не проедет, – ответил вампир.
– А вы можете хотя бы сказать, что именно намерены показать?
Любопытство любопытством, но Лея устала. Более того, Дайна была права. Не стоило всецело доверять управляющему. Мало ли что на самом деле у него на уме?
Эйтон отрицательно покачал головой.
– В таком случае, госпожа Пелагея, я тем более не рекомендую вам эту поездку, – снова произнесла Дайна, уже жалея, что впустила гостя в комнату.
– Хорошо, Эйтон. Думаю, мы вполне сможем отправиться через часов шесть.
***
