Так и тянулось время, год за годом. В море он тяжело работал, дома просто ходил по городу одним и тем же маршрутом. Тяжелые мысли лезли в голову, окружающий мир ужасал. Если бы он только смог заметить странности в себе, если бы он только поговорил с кем-нибудь об этом, то кто знает, как бы изменилась жизнь. Но нет, всегда легче застрять в одних и тех же мыслях и действиях. Говорить с людьми не зачем, потому что слушать их невозможно, да и самому сказать нечего. Один миг – и в отражении на тебя уже смотрит какой-то незнакомый, одинокий тридцатилетний мужик, и остается лишь гадать, как ты дожил до этого?
Егор очнулся от самокопания как раз, когда трап был установлен. Взял чемодан в руки и осторожно поднялся. За ним шел бесконечный поток стивидоров, и еще бог знает кого. Так всегда в Сингапуре, потому что это главный порт мира. Тут располагаются офисы практически всех крупных судоходных компаний, не говоря уже про отделы компаний-производителей различных механизмов и устройств. Здесь судно бункеруется, получает припасы, запчасти, здесь приходят люди из различных организаций: портовые власти, инспекторы администрации флага или класса. Одним словом, Сингапур – это ад для моряка. Нужно успеть все и сразу, усталость и недосып и без того свойственные морской индустрии здесь доходят до предела. Поэтому и меняться в Сингапуре отдельное удовольствие: после двух или трех дальних перелетов, после радикальной смены климата и часовых поясов нужно быстро принять дела и начать выполнять свою работу. И будь уверен, что за всю стоянку поспишь часа четыре в лучшем случае. Особенно теперь, когда Егор стал вторым механиком, нужно держать под контролем все, что происходит в машине, да и не только там. Все судно напичкано устройствами, все это обслуживается механиками, которых, не считая стармеха, всего лишь три человека. И никого не волнует, что экипажи сокращены до минимума, всегда найдутся те, кто за известные купюры готов ставить себя в подобные условия. Ведь все продается, в том числе здоровье и жизнь.
Егор поднялся на судно, зашел в судовой офис. На него особо не обращали внимания, но в этом ничего удивительного, кругом царила суматоха. Мужчина только узнал, в какую каюту он может заселиться на первое время и отнес туда чемоданы. Потом нашел кадета, пошел с ним на склад, получил комбинезон, каску наушники – словом, все необходимое снаряжение, спустился в машину и зашел в ЦПУ. Все так же, как и на систершипе, только компьютеры стоят немного иначе, да чайный уголок по другому оформлен. Мужчина бегло познакомился с машинной командой. Сейчас было не до этого, по правде говоря, все были слишком заняты: шла подготовка к бункеровке, еще пришел сервис на провизионные холодильные установки. Единственное, что было необычно – Егор нигде не видел второго механика, которого он должен сменить. Возможно, он просто отдыхает после маневров, но скоро стармех сказал, что его действительно нет. Такого Егор еще не встречал, и это сильно усложняло ситуацию: войти в рабочий ритм будет сложнее без нормальной передачи дел. Конструкция судна, конечно, знакома, но дьявол кроется в деталях. Из разговора со стармехом оказалось, что второй механик сошел в предыдущем порту Танджунг Пелепас, который находиться в трех часах хода от Сингапура. «Это не обычно,– подумал Егор. А стармех, похоже, суетной." Мужчина почувствовал растерянность, он не знал, с чего начать. Подъехали припасы, поэтому он решил заняться ведомостями на доставку, чтобы как-то отвлечься.
В такой суматохе прошли два дня стоянки в порту. Егор кое-как освоился и привык к жаре и влажности. Наконец на третий день судно вырвалось из беспокойной южной Азии.
Началась рутина. Работы как всегда было много, слишком много для маленькой команды инженеров. Егор постоянно нервничал, потому что пытался контролировать все и всех. Ему нужно было каждый день организовывать работу всей машинной команды, заниматься бумажной работой и самому работать руками. Постоянный стресс вылился в то, что у мужчины развилась мания проверять и перепроверять каждую мелочь. Иногда он даже просыпался по ночам в поту и бежал в машину, чтобы просто посмотреть, что там все в порядке. Все предложения других членов экипажа посидеть с ними за пивом и просмотром фильмов он отвергал, и, запершись в каюте, безостановочно читал инструкции ко всем механизмам подряд, пытаясь узнать все нюансы. Тихий голос разума говорил, что так не стоит делать, что нужно отдыхать, расслабляться, но тут же включался и другой, голос какого-то самозванца, который постоянно твердил – что-то сделано неправильно, что что-то упущено, что Егор на самом деле ничего не знает и вообще каким-то чудом продержался так долго в этой профессии. Это напряжение в итоге вылилось в проблемы со сном и постоянную усталость.
