Удар попал в цель. Значит, Томми действительно хочет на ней жениться, но решение зависит от Сильвестра. Мне сразу стало не по себе. Я не хотел, чтобы она выходила замуж за Томми или за кого-нибудь еще. Я хотел… Я прогнал эту мысль.
Итак, решение оставалось за Сильвестром.
Я вспомнил тот оценивающий взгляд, которым он окинул ее в студии. Он знал, что произойдет между ней и Томми. Видел ли он в ней союзника или противника?
Наверняка и то и другое. Он в каждом видел и противника, и союзника. Люди были его противниками до тех пор, пока он плетью не заставлял их полностью подчиниться, а потом использовал в своих интересах. Если вообще их можно было использовать.
Теперь, оглядываясь назад, я догадываюсь, что он видел в Аде определенную статью дохода и, разумеется, был прав. Он, наверное, считал, что ее можно заставить повиноваться без особых усилий. И в этом была его единственная ошибка. Даже сейчас я не мог понять, как он допустил эту ошибку. Но это сейчас, а то было раньше. Тогда он решал, что делать с Адой. И наконец решение было принято.
Недели через две после нашей размолвки в коридоре Ада вошла ко мне в кабинет. Она улыбалась застенчивой, чуть ли не робкой улыбкой, и я более, чем всегда, почувствовал себя негодяем. Мне стало ужасно неловко, и я хотел было сказать ей, как сожалею о случившемся.
— Ада, я…
— Не нужно, — перебила она меня. — Забудь об этом. — На секунду улыбка ее стала еще шире. — Можешь оказать мне услугу, Стив?
— Конечно.
— Послушаешь одну запись?
Я словно с неба упал.
— Пожалуйста.
Она, должно быть, заметила мое разочарование.
— Это не простая запись, Стив. Мне удалось ее сделать, потому что у меня был с собой в сумке портативный магнитофон, которым я пользуюсь, когда беру интервью. Знаешь, о чем я говорю?
— Знаю.
Она установила катушку.
— Что там на ней? — спросил я.
— Слушай, — ответила она, включая магнитофон, и повернулась ко мне. — Молчи и слушай.
Катушки пришли в движение. Сначала послышалось жужжанье, потом какие-то неразборчивые звуки и, наконец, низкий и вкрадчивый голос:
— Спасибо, что вы пришли, мисс Мэлоун.
— Ну что вы! — Голос Ады с ленты звучал чуть механически.
— Садитесь, пожалуйста. — Мужской голос казался мне знакомым.
— Спасибо.
— Вы, наверное, догадываетесь, зачем я пригласил вас? — И тут я узнал Сильвестра Марина.
Я почувствовал, что он немного волнуется. В голосе Ады не было и следа смущения. Ее слова звучали холодно, весело и непокорно.
— На это может быть несколько причин, сенатор.
Я понял, что начинается дуэль.
— Верно, — усмехнулся Марин. — Я знал, что вы так ответите. И был бы весьма удивлен и разочарован, если бы ошибся.
— Благодарю вас.
Даже в записи отчетливо чувствовалось ледяное равнодушие Ады. Пока счет в ее пользу, подумал я.
Я смотрел, как вращались катушки, и тщетно старался представить себе, что происходило в кабинете Марина.
Но слышал только голоса:
— Так, с чего же мы начнем? — с почти насмешливой вежливостью спросил Сильвестр.
— Приглашение было от вас, сенатор, поэтому выбор за вами. — Воплощенная любезность, она держала его на расстоянии, не хотела помочь ему.
— Да, да, пожалуй. — Низкий голос его журчал. Если он и чувствовал себя обманутым в ожидании, то ничем этого не проявлял. — Итак, вы намерены выйти замуж за Томми Далласа. — Это было утверждение, не вопрос.
— Разве?
— Будем откровенны, мисс Мэлоун. Вы намерены выйти замуж за Томми Далласа.
И опять удивительно ровный, ничего не выражающий голос Ады:
— Что ж, пусть будет так. По-вашему, я намерена выйти замуж за Томми Далласа.
Молодец!
Но вкрадчивый бас не выразил ни гнева, ни возмущения, ничего.
— Вы хотите выйти замуж за Томми. Хотите быть женой губернатора. Хотите, я полагаю, играть видную роль в делах штата. Что же, намерения весьма похвальные.
— Рада слышать ваше одобрение, сенатор. Значит, по-вашему, мои намерения являются похвальными?
— Я не сказал, что одобряю их. — Пауза. — Правда, я не сказал также, что не одобряю.
— Вот как?
— Да, так. Сначала я должен побеседовать с вами, чтобы убедиться, способны ли мы понимать друг друга.
— А если да?
Голос Ады теперь звучал чуть более дружески, но ровно настолько, насколько ей хотелось. Она вполне владела собой.
— Если да… — Еще одна пауза, на этот раз более ощутимая. — Если да, то могут открыться исключительно интересные возможности. Возможности, по-моему, представляющие значительно большие перспективы, чем вы думаете.
Эти слова должны были пронять ее. Видит бог, они должны были пронять ее. Самое трудное — сохранить позу тогда, когда счет в игре в твою пользу. Но Ада по-прежнему держала себя в руках.
— Меня всегда привлекали интересные возможности. Не будете ли вы так добры прояснить некоторые детали?
— С удовольствием. — В его голосе явно звучало удовлетворение. Он шел к намеченной цели. — Полагаю, что до сих пор ваши мечты не шли дальше роли только супруги. Так? Я хочу сказать, что пока вы ограничивались только ролью жены губернатора, вы не размышляли о влиянии и силе, поддерживающих трон. Не так ли?
— Предположим.
