Назвать то, что я видел, иначе кроме как магией, я не мог, хотя и противился такой мысли, потому что критическое мышление невозможно усыпить никакими фокусами. По сравнению с представителями других цивилизаций я был самым настоящим дикарём. Но, может быть, я и не знал, как работало то, что применял этот парень. Однако я с уверенностью мог сказать, что к волшебству это не имело никакого отношения.
— Как? — Мой вопрос превратился в крик от ощущения проехавшейся по открытой ране наждачки.
— Ничего сложного, — открыто сказал парень, продолжая создавая мою руку из воздуха, — существует бесконечное число вероятностей, где твоя рука не повреждена. Нужно только правильно видеть.
Боль была необычная. И оттого пугала моё сознание. То, что я ощущал, невозможно было сравнить с любым полученным в жизни ощущением, и потому я мог лишь воспринимать происходящие изменения. Возможно, это даже не было болью, но так устроен мозг животного — когда с телом происходит что-то неправильное, и глаза фиксируют данную информацию, принять появление собственной руки из ниоткуда иначе как боль понять невозможно.
Чтобы отвлечься от процесса, я посмотрел на лицо Эллен. Ровные линии её лица, плавные изгибы. Она совершенно определённо знала, что я таращусь прямо на неё, однако ни одна мышца на её лице не дрогнула. Я не удостоился даже холодного взгляда. Даже презрительного! В этот момент, она была увлечена лишь тем, чтобы я выжил. Перед ней стояла задача, и она её решала. Ей было не до эмоций…
И какой же красивой её это делало!
— Последний, — сказал парень.
Я надеялся, что уже всё закончилось, но оказалось, что «последний» ещё предстоял. В следующую секунду я ощутил будто мне медленно раздавило кисть под прессом. После вспыхнувшей волны боли я боялся даже посмотреть в сторону своей кисти, ожидая увидеть раздробленное месиво. Но любопытство пересилило.
Несмотря на то, что двигаться я по-прежнему не мог, я вдруг почувствовал, что боль, заполняющая то место, где должна быть рука, обрела форму. И, когда я увидел, что моя рука была на месте, стало как-то резко спокойнее. Рукава на ней не было, и я без труда мог разглядеть, что нет никаких ран. Я пока не мог пошевелить ею, но я чувствовал, что она на месте, что она со мной. Она моя!
— Так лучше? — Осведомился парень с видом детского терапевта.
Я не знал, что сказать. Но в голове вспыхнул один единственный вопрос, и не задать его я не мог.
— А с целым человеком такое прокатит? — Почему-то с надеждой спросил я.
Глава 17
Мое жертвоприношение
Глава 17
Моё жертвоприношение
Я удостоился взгляда Эллен, от которого захотелось провалиться на месте. Я почти физически ощутил на себе жжение. Как знать, возможно, технологии пришельцев позволяли встраивать в глаза что-то такое, что могло испепелить меня прямо на этом месте.
Затем девушка вспомнила про незавершённое дело и хотела было поднять руку с ружьём, но что-то её остановило. Вероятнее всего то, что оружие против этого противника было применять бессмысленно, ведь мы своими глазами видели, как смертоносный луч, выпущенный с единственной целью — уничтожить врага — превратился в горстку праха.
— Как показывает практика, — вмешался парень, позволив себе смелость отвести от себя дуло, — многие вопросы можно решить без применения оружия.
Я хотел выразить свою благодарность хоть какими-то словами, но меня перебил спокойный голос Эллен. Она обращалась к парню.
— Почему вы здесь?
Когда она произнесла «вы», она вовсе не имела в виду уважительное обращение. Она подразумевала, что встретившийся человек пришёл сюда не один. Хотя, пока что, мы этого и не могли знать.
— Помочь, — ответил он, — как я и сказал.
Однако прохлада Эллен была сильнее, требовательнее в каком-то смысле. Они разговаривали вежливо и спокойно, но незримый барьер между ними был почти ощутим. Эллен смотрела на оппонента не двигающимися зрачками.
— Зачем он вам? — Так же беспристрастно, словно меня тут вовсе и не было, задала свой очередной вопрос она.
Молодой человек позволил себе слегка улыбнуться, но так, чтобы это не выглядело вызывающе.
— Как видишь, благодаря ему мы уже разговариваем, — довольно многозначительно ответил он.
И в этом ответе я услышал целую историю, открывающую передо мной полотно непрекращающейся бескомпромиссной неприязни и вражды.
— И почему вы думаете, что он пойдёт с вами? — Обволакивающим нежным голосом спросила Эллен.
Парень подал мне руку, чтобы я встал. Я принял эту поддержку, потому что в неопределённой ситуации следовало экономить силы, да, к тому же, я ещё плохо держался на ногах. Зато о руке можно было не беспокоиться. Я и сам не заметил, как поднялся именно с её помощью. И ничто не кольнуло, не стрельнуло болью. Превосходное ощущение!
Всё это время незнакомец смотрел на Эллен, но затем жестом указал в сторону лежащего в грязи тела. Девушки, которую я убил. Он прекрасно знал, о чём я думал.
— Потому что он сам этого захочет, — ответил парень.
