― Уже никаких. Снял четырёх охранников по внешнему периметру.
Руководитель операции нахмурился. Ещё бы. Внешней охране не полагалось караулить стены. Её там вообще не должно было быть.
― Доложите, что видите, Демон.
Никакого воображения. Чонину дали именно такой позывной, который в большей степени напоминал о его прошлом, чем любой иной.
― Уже ничего, я вхожу в трубу.
― Отбой! Доложите, что видите!
Бэкхён сцепил ладони в замок. Он ждал ответа Чонина вместе со всеми. Ответ не прозвучал ни спустя двенадцать секунд, ни спустя минуту.
Глухой щелчок на канале связи заставил всех вздрогнуть от неожиданности.
― Я внутри. Кабина управления внешним периметром под моим контролем. Что открывать?
Руководитель медленно провёл ладонью по лицу, размазывая крупные капли пота по коже и беззвучно матерясь.
― Водораздельные ворота.
― Уже открываю. Боевая задача? У меня есть все карты и пути доступа внутри сектора.
Руководитель операции и наблюдатель из центра переглянулись. Вообще-то их целью был склад и ряд образцов, хранившихся там. Но… Бэкхён обречённо вздохнул, предположив, о чём они подумали.
― Демон, вы сможете взять заложника?
― Кто вам нужен в качестве заложника? ― спокойно и невозмутимо, словно Чонин каждый день на досуге берёт заложников.
― Любой из командующих офицеров или глав исследовательского центра. Кто ближе и кого удобнее захватить, ― поразмыслив, ответил руководитель после кивка наблюдателя. ― Как захватите, присоединяйтесь к группе.
― Попробую, ― ответил Чонин не по уставу и отключил связь.
Им всем в ту минуту следовало задуматься об особенностях психологии Крестоносцев и хоть приблизительно представить себе последствия подобной авантюры. Задумался только Бэкхён, да и то лишь на мгновение: “Разве Крестоносцы берут заложников?”
Крестоносцы никогда не брали заложников. Вообще никогда. В этом правиле даже не существовало исключений. Ни одного. Потому что смысл существования Крестоносцев сводился к двум явлениям: защита своего и уничтожение чужого. Тотально.
“Битва выиграна только тогда, когда враги уничтожены полностью. Если выжил хоть один враг, это уже не победа”.
Но об этом все принялись думать гораздо позже, чем следовало.
§ 5. Почётное отступление
Под истошные завывания сирены они ввалились в складское помещение. Чонин не подвёл ― замки и блокировка на всех дверях не работали. Кажется, Чонин вообще отключил всё, что только можно было отключить.
Бэкхён проверил нужные образцы, подтвердил, что это те самые, и привычно проглотил белую капсулу. Он наблюдал за упаковкой образцов и транспортировкой на водолёты, правда, потом пришлось отвлечься на двух пострадавших из заградительной линии ― они удерживали северный проход и не позволяли охране ворваться на склад. Одного ранили в бедро, второму разворотило живот тяжёлым дротиком с крюками.
Бэкхён торопливо, но уверенно занялся бедром первого бойца, на второго даже не посмотрел.
― А не стоило бы…
― Нет. Если понапрасну тратить время ― потеряем обоих. Если не отвлекаться на то, что уже нельзя изменить, то спасём хоть одного.
Бэкхён никогда не считал себя циником, зато прекрасно знал цену своему профессионализму и понимал, что спасти всех пострадавших он не сможет ― уровень не тот. Он справлялся со своими обязанностями хорошо. Просто хорошо ― не больше. Потому что получил в юности совершенно другую профессию.
Бэкхён как раз возился с повязкой, когда над головой прошила воздух пуля. Немного ниже и левее ― и у Бэкхёна увеличилось бы содержание металла в организме. Он машинально пригнулся и продолжил возиться с повязкой.
― Отступаем! ― объявили на канале связи. Легко сказать, но не так просто сделать. Бэкхён огляделся и понял, что управляться с раненым ему придётся одному. Покончив с повязкой и собрав вещи, он подставил раненому плечо и медленно повёл к выходу, стараясь держаться за ящиками и столами, чтобы не являть собой прекрасную мишень. Впрочем, это не мешало противникам всё равно постреливать в их сторону.
― Идиотизм какой-то, ― пробормотал Бэкхён, схоронившись за выступом стены и переведя дух. Умные люди давным-давно объединились бы ради выживания, но человечество всегда предпочитало выбирать самый нерациональный способ. Из курса истории Бэкхён помнил, что светила науки выдвинули несколько вариантов, которые помогли бы людям освоиться в изменившемся мире и восстановить порядок. Разумеется, тут же у каждого варианта нашлись как сторонники, так и противники. И на фоне всего этого безобразия разразилась ещё и война за власть и сферы влияния.