— Адель, — Арс вздохнул так, будто на его голову свалилось тридцать три несчастья. — Научись слушать. Терпеливо. И принимать информацию. Смиренно. Окей?
Я молчу.
Чёрт бы его побрал!
Терпеливо слушаю.
И смиренно принимаю.
Чтоб его безудержный понос посреди ночи замучил!
— Я хотел поинтересоваться, на какой срок ты решила растянуть долг. И будет ли тебе комфортно с прожиточным минимумом?
Чего?!
Я взбрыкнула. И высказала всё, что о нем думала в этот момент, не сдерживаясь в выражениях.
К моему удивлению, принял он всё спокойно. Ни единого плохого слова в ответ не сказал.
— Успокоилась? — его железной выдержке можно позавидовать.
Может, я и вправду перегнула палку?
— Да, извините.
— Да нет, всё в порядке. Просто теперь я понимаю, что свой выбор ты уже сделала. Будешь жить с прожиточным до тех пор, пока не выплатишь мне всё, что задолжала.
Так вот какой ты гнилой фрукт, Королёв! Стиснула зубы, чувствуя, как внутри накапливается ярость. У меня даже платёж за аренду квартиры выше того, что он мне по-царски оставил!
— Вы в своём уме? — моментально ополчилась я. — Я с прожиточным мизером не выживу! Вы бы сами на такие копейки смогли бы существовать?!
Смотрю на его беспристрастное лицо и понимаю, что смысла пресмыкаться нет.
Придётся искать какую-нибудь более-менее нормальную подработку, которая не будет мешать основному виду деятельности, но добавит в карман ощутимую копеечку на расходы.
— Обдираете не хуже банка! Для полного счастья грабительские проценты осталось только в долг включить.
— Да не волнуйся ты так за мой карман. Мне и обычных одиннадцати процентов будет достаточно.
Я надеюсь, это он так шутит?!
— Обхохотаться и не встать! — из меня вырывается нервный смешок.
— Ну, я рад, что эта ситуация с долгом так тебя веселит. Как говорится, позитивный настрой — наше всё.
Я попыталась перенаправить свои мысли в логичное русло, но всё, что могла ощутить, — это ужас от того, что дверца клетки захлопнулась, и я теперь полностью в его власти. Понимание того, что теперь я осталась без денег на неопределенный период, заставляло чувствовать себя не просто жалкой, но и абсолютно беспомощной.
И ведь он сам сделал так, чтобы я была в зависимости от него. Арс сказал, что всё рассчитано, то есть он на самом деле взял под контроль моё финансовое положение. Зачем?!
— Вы считали проценты? — выдавила из себя слова, пытаясь вернуться в эту дерьмовую ситуацию, в эту жестокую реальность. — Это значит, что сумма будет расти, если у меня случится форс-мажор, и я буду возвращать её медленнее?
— Конечно, — подтвердил Арсений, и в его голосе не было ни тени сомнений. Он, наоборот, прозвучал так горделиво, будто я и вправду должна быть благодарна, что он вообще предлагает мне такие условия. Ощущение долговой ямы стало ещё реальнее, чем прежде. — Вот видишь, ты и сама всё прекрасно понимаешь. Это так же, как и в любом другом займе. Проценты учитываются. Я не собираюсь тебя обременять, можешь спокойно и поэтапно выплачивать свой долг. Ты ведь и сама понимаешь, что ни один банк тебе такие хорошие условия не предложит, правда?
В моей голове всё перемешалось, мысли никак не могли упорядочиться. Как можно быть таким прижимистым, таким жадным и бесчувственным?! Всё это время я надеялась, что Арс просто поможет, что это временная мера, что он поймёт, как сложно мне вернуть такую сумму… и, возможно, пойдёт на какие-то уступки. Но нет! Он решил злодействовать до конца!
По спине пробежал холодок. Он меня как липку обдирает, а я ещё и радоваться этому должна.
— Понятно, — сказала, сдерживая гнев из последних сил.
Я просто не знала, что ещё можно сказать в такой ситуации.
— Ты чего приуныла? Моё предложение выгоднее, чем в банке, — в голосе так и сквозит участливость вперемешку с наичестнейшей доброжелательностью… — Не веришь, так процентную ставку загугли. Сразу обрадуешься, какое я тебе одолжение сделал.
Да как он вообще может вести себя так, будто не происходит ничего особенного?
— Угу, я вас услышала, — мой голос был тихим и ровным, но внутри бушевала буря.
Что мне теперь делать? Как дальше жить? — эти тревожные мысли не покидали ни на минуту.
Отвернулась от него и уставилась расфокусированным взглядом в окно, пытаясь успокоиться. Но в голове всё крутились одни и те же слова: проценты, долг, контроль.
— Жмот! — не сдержалась и, сильно стиснув зубы, выругалась. — Проклятый скряга!
Он что, думает, что я буду жить, как священник в обители? Прожиточный минимум — это что, шутка? Я почувствовала, что всё внутри меня содрогается от раздражения, и каждая фраза, сказанная Арсом, всплывает в памяти и отзывается болью…
— Один вопрос. Это и есть та самая тема, которую вы хотели со мной обсудить?
Сеня, ёпт! Надоумил же меня так, что у меня за выходные все мысли с Арсом начали в ненужную плоскость перетекать. Ожидания появились, чёрт бы их побрал…
— Что ты себе опять напридумывала?
— Ничего. Но возврат долга можно было обсудить в офисе. Для этого не обязательно было брать меня с собой.
— А, ты об этом. Я, честно говоря, вообще с тобой обсуждать ничего не собирался, так, к слову пришлось.