Рис вдруг бесцеремонно притянул меня к себе ближе и обнял за талию. Дар не сработал, даже не шелохнулся. А Дистер, глядя на эту картину, просто удивлённо застыл.
– Простите, Тер, но нам пора, – бросил Дарис. – Был раз знакомству.
И, не дожидаясь ответа, повёл меня к столику, где уже сидели приехавшие с нами ребята.
Когда мы немного отошли от ошарашенного Дистера, я повернулась к Рису, и тихо спросила:
– Неужели это ревность?
– Тебе показалось, – ровным тоном бросил он.
– Я, конечно, не эмпат, но… – начала я и тут вдруг с невинным видом поинтересовалась: – Хочешь, расскажу тебе о Марти? Он хоть и гей, но очень хороший парень. Именно он учил меня целоваться. Не так, чтобы просто в губы, а по-настоящему. Глубоко, с языком…
А Рис неожиданно остановился, повернулся ко мне и строгим тоном выпалил:
– Перестань меня провоцировать! Я же чувствую, что ты это специально говоришь, чтобы я злился.
– Значит, всё-таки ревнуешь, – довольно резюмировала я. – Ну признайся! Это не сложно.
– Ты, кстати, так и не призналась, – парировал Дарис.
– Ладно, признаюсь: я тебя почему-то ревную.
Вот только Рис в ответ на это лишь улыбнулся, легонько погладил меня по подбородку и повёл дальше.
– Так я и знал, – сказал он.
– А ты?
– А что я?
– Ты меня ревнуешь? – напомнила свой вопрос.
– С чего ты взяла? – с честным видом спросил он. – Конечно, нет.
Ну, вот как с ним нормально общаться?
Ух! Так и двинула бы по его довольной физиономии. Хотя, похоже, он всё-таки немножко ревнует, просто не признаётся. И это осознание оказалось для меня неожиданно приятно.
Клуб, куда их всех притащила Аделия, оказался довольно интересным местом, а ещё до жути пафосным. Не удивительно, что контингент здесь собрался соответствующий: одарённые детки обеспеченных родителей.
По внешности можно было легко определить примерный уровень состояния их денежных счетов, но Рис видел и чувствовал куда больше других… потому мог с уверенностью сказать, что ребят с большим энергетическим потенциалом здесь собралось даже слишком много.
Да, когда-то он бы сам назвал это место «золотой жилой». Где ещё можно было найти столько расслабленных одарённых, которых легко бы получилось убедить в чём угодно? Заставить отречься от Союза, переметнуться на сторону «Защитников свободы». Но сейчас все эти мысли действовали на Дариса удручающе. Он не хотел сталкиваться со своим прошлым, не желала встречаться с людьми, которых когда-то считал своими соратниками. Вот только кожей чувствовал, что без них сегодняшнее мероприятие точно не обойдётся.
Дарис то и дело обводил зал взглядом. Нет, он не старался рассмотреть лица – в полумраке, рассеиваемом вспышками света, это было слишком сложно. Потому он смотрел на энергии, ауры, отмечая знакомые переливы цветов. А ещё, прекрасно понимал, что если его здесь увидят, то в покое уже не оставят.
И может быть, ему стоило попросить Дельку уйти, но… она так радовалась, наслаждаясь устроенным в центре зала танцевальным шоу, так искренне веселилась, что ему стало жаль лишать её удовольствия.
– Смотри, как красиво! – восторгалась она, хлопая танцорам.
А когда Делли замечала на лице Риса тень грусти, она касалась его лица, гладила по щеке, плечам, и требовала тот час же улыбнуться. Даже угрожать пыталась: говорила, что если Дарис останется таким же хмурым, то она его поцелует. При этом за спокойствие собственного дара она не ручалась.
Так они и смотрели представление: дурачась, переговариваясь, даже мягко переругиваясь. В итоге Делли оказалась сидящей у него на коленях, Рис обнимал её, а сама Аделия расслабленно поглаживала его по плечу. И им обоим было совершенно плевать, что они в общественном месте и вести себя так не прилично. Казалось, они вообще забыли, что вокруг есть другие люди, что с ними за столиком сидят Лёша и Софи. Сейчас Делька и Рис были поглощены только представлением и… друг другом.
Когда же шоу подошло к концу, Делли неожиданно потянула Дариса на танцпол.
– Рис, ну пожалуйста, – уговаривала она. – Я ведь толком на вечеринках никогда не танцевала. А если и выходила на танцпол, то всегда находился особенно невезучий парень, который не понимал, что меня трогать нельзя.
– А сейчас ты решила прикрыться мной? – усмехнулся Рис.
– А тебе, что, жалко? Просто потопчешься рядом. Я ведь даже танцевать не прошу.
– Может тебе охранника с собой в клубы водить? – бросил он.
– Точно! – улыбнулась девушка. – Тебя же ректор именно на эту должность и назначил.
– Дель, ну не хочу я, – снова попытался отговориться Рис.
– Мы недолго, – не унималась она. – Всего пару композиций.
– Нет.
– Ну, пожалуйста.
– Нет.
– Я буду самой послушной, самой покладистой, самой…
– Нежной, – подсказал Дарис. – Ласковой, страстной.
– Эээ… – замялась Аделия.
– А ещё будешь доверять мне, как себе самой.
– Слушай, а это не наглость?
– Нет, я просто пользуюсь ситуацией.
Он упирался, как мог, но в итоге всё равно сдался. Сам повёл Дельку в центр зала. А дальше… они просто вдвоём отдались музыке.
