- За свои годы я никогда не держала в руках полный мешок, набитый золотыми. Так то. А то, что ты говоришь, мол, жоних мой какой-то там герой, - Лизхен перевела дух, - я разных видела. Но никогда человек с гильдии авантюристов не ходил как какой-то, прости девочка, деревенский пастух. Ни воин, ни маг, ни скаут так не выглядят. И тут он, такой красивый и в лаптях, держит мешочек золота, что твой гремлин на лужайке. И додуматься же надо, так кошель свой открывать, чтобы все золотые любому были видны, ведь додуматься же!
- Ну, золотые, - неуверенно пожала плечами Адель, - не преступление носить золотые, как будто.
- А я так скажу, - поджала губы женщина, - только порядочный человек позовёт стражников. А не порядочный, позовёт тех, кто вас обворует или того хуже, как только вы выйдете из гильдии. И не порядочный человек, потом получит свою долю, за ценную информацию. Понимаешь, девочка? Так что показывать открыто такие деньги, верх неблагоразумия. В городе и за медяк могут убить, не то что за гору золотых.
Тут дверь с улицы отворилась и в зал зашел взъерошенный Брокс.
- Хвала богам, - Адель бросилась к нему на шею, - всё хорошо?
Парень, покосившись на секретаря, неопределенно кивнул. Лизхен сказала Адель, чтобы та приходила завтра к десяти, и ребята отправились на постоялый двор.
- Что значит «к десяти», - пробормотала Адель.
- Тут часы везде на площадях, - ответил Брокс, - спросим в гостинице, управляющий подскажет, как разобраться с этими часами. Городские вроде во всём по этим часам живут, так что надо учиться это самое время понимать.
- Нет бы сказала «как рассветёт», - заворчала девушка, - одни сложности в этом ужасном Роттенбурге. Милый, что там с тобой было? Всё хорошо закончилось? Я этой Лизхен глаза была готова выцарапать, еле сдержалась. Но если бы я с ней рассорилась, то мы могли бы лишиться уплаченных денег. Она сказала, что нужно было убедиться, что ты не тать и не убивец. Будто мы похожи на таких.
Брокс тяжело вздохнул и рассказал Адель, как стражники его ограбили, оставив лишь горсть медяков. Услышав, что стражники отобрали амулет Аазога, девушка вдруг разрыдалась.
- Светлые боги, - бормотала она сквозь слёзы, - нешто наш святейший покровитель это им спустит.
- Не плачь, прошу, - Брокс прижал девушку к себе, - всё обязательно образуется. Я соберу нужные бумаги и обращусь к дознавателям. Уверен, что верну деньги и амулет. Возьму ссуду и аблаката найму, в конце концов.
- Ох, - девушка всхлипнула и улыбнулась, - кто ж тебе ссуду даст, милый.
- Да тот же господин Рейнц, - махнул рукой Брокс, - или торговец, что знает, сколько у меня было золотых. Я это так страже не спущу. А может святейший, что-то придумает. Только бы он не решил, что я совсем никчёмный, да не нашёл себе других помощников. Надо ускориться, солнце совсем уже садится. В темноте вряд ли стоит в этом городе разгуливать. Эх, милая, ужин сегодня у нас будет скромным, так жаль.
- Прости, что не пошла с тобой, - грустно сказала Адель, - Лизхен мне наговорила ужасных вещей, я побоялась, хотя вначале хотела пойти.
- И что же она тебе сказала? - заинтересовался Брокс.
- Что эти хроклоголовые меня там всю облапают, сославшись на то, что им нужно было делать досмотр, - тут Адель понизила голос, - и если поймут, что некому за меня заступиться в городе, то могут и снасильничать.
- Ужас какой-то, - вздрогнул парень, - чем они тогда лучше тех же Стервятников.
С заходом солнца, сержант Вильямс и кустод Кляйц радостно стянули с себя опостылевшие кольчуги и едва ли не бегом отправились в ближайший трактир «Доблестный стражник». Настроение у сержанта было отличное, а когда они с напарником опрокинули по первой кружке не самого дурного эля, настроение взлетело до небес. Кошель, набитый золотом и серебром грел душу, а амулет с черепом, болтающийся на шее, напоминал, что, возможно, Вильямс в ближайшее время сорвёт ещё один хороший куш.
