- Эххх...Только немного...
- Хорошо, спасибо! Сделаю все быстро и эффективно!
- Суккуб, тебе бы мужика нормального...
- Так вы же привели его только что!
- Начинай уже и перестань болтать.
- Океюшка!
Услышав слова “нимфоманка”, “предохранись” и “залетишь” Мортем понял, что с ним будут делать, а точнее – заниматься. Вскинув варианты и взвесив, драконер не почувствовал и малейшего возбуждения. Перспектива получить удовольствие в половом акте была не такой важной, как возможность узнать о своих захватчиках и, что было бы еще лучше, разузнать известные им сведения о случае в тюрьме. Никакой улыбки, как это часто бывает с обычными “героями”, не появилось на его лице, когда с него сняли мешок. Но сразу же после этого на него напялили повязку, скрывающую обзор. Держа себя спокойно, парень сымитировал напуганное состояние. Его руки высвободили из наручников и приковали к подлокотникам стула. Кисти не онемели и слушались, как обычно. Бодрость стала возвращаться, так как фиксаторы были не сильно тугими. Прерывистое дыхание постоянно долетало до ушей Мортема, и это не был узник. Оно исходило от самого заплечных дел мастера.
Да, голос и дыхание надзирательницы были частыми и надрывчатыми, как у заядлого наркомана без дозы. Ее прикосновения оказались мягкими, хотя ясно ощущалась жесткость кожи. Через секунду повеяло приятным запахом, в котором сразу узнавался искусственный феромон, возбуждающий мужчин практических всех рас. Драконер осторожно ослабил блокировку процессов, позволяя своему “напарнику” подняться. При виде выпуклости ниже пояса, дыхание палача участилось. Ее подруга не врала насчет нимфомании, но чтобы настолько? Болезнь? Гормональное нарушение? Или же...
Незаметно послав импульс, Мортем передернулся. Перед ним, медленно снимая одежду, стояла чистокровная веревочница. У него до сих пор воспоминания не остыли с той встречи на погибшем корабле, когда группа ее сестер напали на Курсе.
Их физиология имела некоторые яркие дефекты, в особенности – раннее половое созревание, удвоенный приток гормонов и гиперактивность до совершеннолетия. Их медики вывели специальное лекарство, которое тормозит производство избытка веществ, но это временная мера. Также в дело шла имплантация, но это был слишком опасный и рискованный ход – тело веревечницы могло просто не принять новоприобретенный орган или их систему, приведя к смерти всей структуры. Но если же не вводить лекарство-ингибитор, вроде как добрая и воспитанная девушка могла превратиться в яростного монстра, который нападет на кого-угодно и, если насилием дело не ограничиться, может нанести серьезный вред даже дорогому человеку (для веревочников это не страшно – их тела привыкли к подобному). Но чтобы этого не происходило, молодой представитель мог рано выйти замуж за представителя своей расы или человека, и НАКОНЕЦ-ТО УСПОКОИТЬСЯ. Так как веревочников осталось не так много, второй вариант был самым действенным. Неизвестно, почему природа и аэзер так слепили этих женщин и мужчин со щупальцами, но такая физиология могла вызвать только сожаление и, в крайнем случае, отвращение.
Когда ее рука коснулась его открытой кожи, драконер почувствовал дрожь и спазмы, исходящие от нее. Девушка была уже на пределе. И она желал удовлетворения.
Удерживатели не выдержали температуры и лопнули, стоило Мортему слегка напрячь запястья, после процедуры постепенного прожигания. Пока он поправлял броню и смахивал “разные жидкости” со штанов, предварительно застегнув молнию на место, веревочница лежала на полу, испытывая удлиненный эффект оргазма. Объездила она его знатно, потому сейчас находилась в практически невменяемом состоянии. Покрытые потом и слизью, щупальца и конечности подергивались от несознательных спазмов, а дыхание частично вернулось в норму.
Легко подняв палача, драконер посадил ее в другой пыточный стул, обездвижив таким же образом, дополнительно смотав каждый щупалец. Все же камера для допросов отличалась от обычных представлений обывателей. Здесь не было стальных дев, дыб, прессов и других отвратительных устройств мучений. Значит, эта организация не любила марать руки и добывала информацию более “либеральными” или эффективными путями. Плохое предчувствие и ожидание не давали покоя продвинутому разуму инженера.
Пошарив на столе рядом со стулом, парень взял такую же капсулу, какую ввели ему, и вставил ту в иньектор. Юноша не был профессиональным медиком, да и вообще эту науку изучил только для исцеления себя самого, но он знал, где находиться артерии, вены, капиляры и прочее. Введя препарат, Мортем проверил надежность двери. Он имел оружие, а в ближнем бою мог использовать когти и аэсомы эн-мана (сабелит отобрали, а иллюзия с “выбрасыванием” оружия сработала очень хорошо даже на продвинутых оперативниках). Скоро веревочница пришла в себя. Она перебывала в туманном состоянии, так как действие сыроватки правды вперемешку с шоковым эффектом эякуляции вводили в полусонный режим. Ну и еще некоторых примесей, если быть честным.
- Как тебя зовут? – тихо спросил Мортем, сев напротив.
