Глупо конечно, но брату о том что у меня инициация началась раньше, я не сказала. Мы с ним уже год деньги откладываем, но получаются совсем крохи. И брат сильно переживает, а сделать ничего не может. Вот я и молчу, что боли начались, может еще до того как плохо станет и накопим на знахарку. Так чего же брату душу травить?
– Ну да, конечно.
– Ладно, Лисичка. Не боись. Если что, долг возьму.
Помимо воли я застонала. Мне от одного слова «долг» становилось плохо. Мы-то и копить всего год назад начали, потому что до этого долг отдавали за лечение брата. Раза в четыре переплатили, но я ни капельки не жалела, скорее боялась, что снова на года в долговую яму попадем.
Далее тему с братом продолжать не стали. Говорили все больше о погоде. Она как взбесилась в этом году! К концу лета жара не только не стала спадать, но и будто усилилась. Только ночью холодало.
– Хорошего дня.
– Хорошего – махнула брату напоследок.
Роб направился назад в поля, а я уже видела городские врата Энсити. Стражники, откровенно зевая, пропустили меня без лишних вопросов. Зачем они были там на вратах нужны не знал никто, включая их самих.
Вход-то свободный, разве уж совсем оборванцев не пускали, чтобы они никого попрошайничеством не доставали.
Моя одежда никогда вопросов не вызывала. Да простенькая, да старенькая, но чистая и опрятная – в такой милостыню не выпросишь.
В прачечной уже кипела работа.
Пар наполнял большое помещение. Женщины разных возрастов терли и замачивали белье. Городские жители предпочитали не стирать самостоятельно, а сдавать вещи в прачечные. И работы всегда хватало, рабочий день не был чем-то ограничен, сколько настирала, столько получишь. Конечно, хозяин забирал большую часть оплаты, но таков мир.
Энсити жил своей привычной жизнью за стеной. Но мне было не до этого: нагреть воду (меня только и взяли на работу из-за магического дара), закинуть белье, мыльный раствор, тереть, вода, отжималка. Машинка для отжима была достоянием нашей прачечной. Огромный барабан нельзя было сдвинуть в одиночку, мы собирались по трое у барабана и начинали вращение. Казалось бы, без этого металлического «чудовища» жилось бы нам проще. Но нет, большинство клиентов ценили эту прачечную за скорость, а хороший отжим в этом играл не последнюю роль.
– Лисэль, слышала новость?
– Какую?
Подняла взгляд на Наниэль. Эта женщина была из Габтауна и мы иногда ходили с ней вместе домой. Меня немного удивило, что она решила завести разговор во время работы. Мы обе предпочитали не тратить рабочее время на болтовню. Подумалось, что может Наниэль просто устала, она была гораздо старше меня, может даже старше папаши нашего.
– В Институте огненной магии сделают донабор адептов.
– Понятно.
Не сказать, что новость меня сколь-нибудь интересовала. Институт для тех у кого есть деньги, для тех кого впереди ждет открытие магического потенциала, для тех кому не предстоит бороться за свою жизнь, когда магия начнет перегорать.
– Ты не поняла, Лисэль. Они будут набирать на бесплатное обучение.
Я замерла. Что за бред? Зачем им учить кого-то бесплатно, если они могут на этом заработать? Последние вопросы я и озвучила вслух.
– Так в гарнизоны нужны маги огня, чтоб защищаться от степняков. А отпрыски богатеев последнее время, что-то не хотят боевой славы, да и жить на пограничных заставах говорят не весело. А те студенты, кто сейчас бесплатно отучится, потом пять лет будут обязаны отслужить.
Наниэль отошла в сторону и продолжила стирку. Нет, не от усталости женщина подошла поболтать. Десять лет назад выгорание магии убило ее дочь. И сейчас она спешила поделится со мной надеждой.
Да, шанс погибнуть на границе велик. Но там платят неплохо и магия останется. Магу живется намного легче. Если все получится, то я не только смогу перебраться в Энсити, но и брату помогу.
Остаток рабочего дня прошел в мыслях о будущем. Стыдно признаться, но то и дело скатывалась в мечтания. Мне до этого дня даже мысль не закрадывалась,что магия может у меня остаться. До инициации маги могут лишь слегка нагревать воду или воздух, после выгорания человек терял магию не полностью, он был также способен только греть жидкость и воздух.
Можно сказать, что люди из бедных кварталов так и не узнавали, что такое быть магом, даже если рождались ими. У меня появился, хоть и призрачный, шанс узнать как это.
Солнце скрывалось за горизонтом. Улицы все еще были полны горожан, а я отправилась искать информацию. Ноги сами принесли меня к воротам Института. Никогда целенаправленно не приходила к этому зданию. И вот я стояла перед огромными кованными воротами и изучала строения за ними. Десяток одноэтажных толпились вокруг трехэтажного особняка. Из-за ограждения мне не были видны стены и окна низких строений, зато у крупного мне удалось увидеть большие окна и стены покрытые какой-то диковинной плиткой. Она напоминала дробленное зеркало, и поэтому сейчас здание было голубым с алыми сполохами заката.
Налюбовавшись вдоволь, я направила все свое внимание на объявление размещенное на вратах.
