Малыш еще плохо произносил длинные слова и я начала задумываться о том, чтобы отдать его в школу. Но боялась неудобных расспросов. Ведь начнут интересоваться, кто отец, какой магией он обладает? А откуда мне знать, какой магией обладает Ассул? Темной какой-то. Мертвецов вроде поднимает и вообще островитянин. Но к этим несчастным в Чабире так плохо относились, что у меня язык не поворачивался кому-нибудь о происхождении сына рассказать. Да и магия самого Алешки была не из безобидных и демонстрировать ее всем и каждому тоже явно не стоило.
Так что эту проблему еще предстояло решать.
Погода выдалась на редкость погожая, светило зимнее солнце и немного пройтись оказалось даже приятно. А в кофейне нас ждало тепло и аромат выпечки.
Когда девушка в кокетливом фартуке принесла две чашки горячего какао и пирожное для Алешки, я внимательно на него посмотрела и сказала:
— Алан…
— Не называй меня так, — надулся он. — Мне нравится мое настоящее имя.
— Твое настоящее имя наш секрет, малыш. Не упрямься. Ты Алан, а я Солар Нерро. Мы приехали из Снежного царства, твой папа лесоруб и погиб во время несчастного случая.
Я снова повторила сыну нашу легенду, потому что он постоянно ее «забывал». Алешке хотелось быть отпрыском сильного мага аристократа. И откуда в нем это… Хотя, о чем я. Понятно, откуда.
— Ты не должен показывать соседям свою магию. Никто не должен знать, что ты островитянин, ясно? — последние слова я прошептала тихо-тихо, низко склонившись к сыну.
— Но те парни обижают Сонна.
— Сонн взрослый, он сам за себя постоит.
— Мам, но это же несправедливо! — Алешка нахмурился, и его светлые глаза потемнели.
— Пей какао, остынет.
Мы посидели в кондитерской еще немного. Я вполголоса рассказывала Алешке упрощенную и приглаженную историю моего попаданства и мытарств в снежном лесу.
Про генерала Ассула я говорила осторожно. Петь хвалебные оды гаду, который натравил на меня Снежного (даже награду за меня назначили) не хотелось, но и совсем ругать тоже не получалось. Поэтому я вывела его этаким рыцарем печального, чтоб его, образа, который спас деву в беде (хаха) и благородно на ней женился. А потом благородно сгинул, попав в плен к врагам.
— Когда я вырасту, я отправлюсь туда, освобожу папу и убью Снежного короля, — серьезно заявил сын.
— Да папаша твой наверняка сам давно сбежал, — усмехнулась я.
— И ищет нас? — светлые глаза Алешки заблестели, а я представила, как награждаю Ассула мощным ударом кулака прямо в мужественную челюсть.
— А то, — протянула я, и снова понадеялась, что малыш когда-нибудь поймет правду и сам забудет этого идиота.
Мы вышли на улицу и медленно пошли к пансиону.
— Я уже подала документы в академию. Когда получу диплом, мы сможем уехать отсюда. Планирую обратиться к одному человеку в Кабрии, но туда надо еще попасть. А я не умею проходить сквозь Сумрак.
«Поезда туда не ходят», — в голове прозвучала фраза из прошлого и стало как-то особенно горько. Потому что я этого придурка иногда ощущала. Бывшего мужа, который кабрийский маг, вот забыла, а этого помнила.
Ну что же — хоть жив и явно где-то весело приключается. Главное, от нас подальше.
Я мотнула головой, прогоняя наваждение, и провела ладонью по шелковистым светлым волосам сына.
В первое время я даже не думала об академии. Опасалась, что опытные маги разглядят поглощенные мною силы и… и как-то меня накажут. Объявят хищной тварью или еще как-нибудь извратятся. Но потом так случилось, что я познакомилась с несколькими магами из академии и никто из них не распознал моих сил. Даже герцог Асон, известнейший артефактор.
Впрочем, ведьма, — та самая из жуткого кокона — говорила, что я легко могу выдать силы арбалета за свои собственные и никто ничего не поймет. Мол, Ассул догадался просто потому, что сопоставил факты.
В общем у меня появилась надежда. И еще я чудесным образом не старела. Семь лет прошло, а выглядела я все еще на двадцать с хвостиком.
— Маам, я не хочу в этот твой мир.
— Тебе там понравится, малыш. Пойдешь в школу, заведешь новых друзей, будешь смотреть мультики и играть в компьютерные игры. Нет, лучше в футбол. Или в хоккей.
Алешка понурил голову и скривился.
— Я стану могу… могущественным магом. И буду служить Весенней императрице.
Он хитро улыбнулся и протянул вперед сложенные лодочкой ладошки.
О, нет! За что? Там у него сидела маленькая бабочка. Черная.
— Что это за пакость? Выкинь, — разозлилась я, а тревожное подозрение начало оформляться в очень неприятную уверенность.
— Она недавно превратилась в бабочку. Раньше была гусеницей. А до того куколкой и жила в коконе. В шкафу.
— Алан, — я постаралась придать голосу твердости. — Выкинь гадость.
— Я не могу. Она со мной разговаривает. Она разумная.
Алешка сам не знал, что это за тварюшка, поселившаяся у него в шкафу. Бабочка с ним общалась на неизвестном ему языке, но малыш рассчитывал вскоре все о ней выяснить.
— Я учу новый язык. А Лала мне помогает.
Угу, и имя этому монстру уже придумал.
