— Я, конечно, не опытный целитель, но кое-что тоже умею. Лежи тихо и не шевелись.
Где-то с полчаса водила руками по телу принца, детально изучая каждый орган, каждый сосудик внутри организма. Особое внимание уделила каналам, по которым текла магия. И ничего! Всё было почти в порядке. Ни один из органов не мог явиться причиной столь тяжёлого недуга. И вдруг я почувствовала, что сердце Филиппа стало биться неровно, с небольшими перерывами, постепенно замедляясь. Брат побледнел ещё сильнее и тяжело задышал.
— Началось, — с трудом выдавил принц. — Сейчас отключусь…
— Кто ж тебе позволит, — уверенным голосом заявила брату и принялась вливать силу в руну восстановления.
Делала это небольшими порциями, не превышая разрешённые пять магединиц. Сердце нормализовалось, а я, закрыв глаза и положив руки на грудь пациента, ждала. Чего именно и сама не знала. Магия руководила мною и я не могла не доверять своему дару.
И вот оно! По магическим каналам, окружавшим сердце, вытекало что-то странное. Никак не могла понять, что же это такое и где прежде я могла встретить подобное вещество. А потом меня озарило — императорский корень! Тот самый корень, способный убить носителя королевской крови. Я подолгу находилась рядом с растением, прикасалась к нему и не могла не узнать ощущение, возникавшее при этом. Едва уловимая сила покалывала пальцы, вызывая лёгкую боль даже у меня, всего лишь сканирующую тело, что ж говорить о Филиппе, в организме которого находился сок опасного растения. Кто же осмелился травить наследника?
Об этом подумаю позже. Одной рукой отслеживала продвижение яда по каналу, другой схватила перо, обмакнула его в чернило и начала наносить руну очищения на кожу принца. Справившись с задачей, убедилась в правильности рисунка и полностью сосредоточилась на передаче силы Филиппу.
И снова краткие вливания по пять единиц. Больше нельзя. Магконтроль сразу же зафиксирует выброс магии и вычислит, где именно он произошёл. И тогда конец не только моим секретам, но можно будет распрощаться с целительством. У меня, первокурсницы, не только не было разрешения на применение магии в объёме, превышающем допустимый, но и наносить руны самостоятельно, без присмотра целителя, не имела права. В общем, в данный момент я нарушала кучу правил и законов, но останавливаться не собиралась. Истинный дар также не противился, ведь жизнь Филиппа была в моих руках, в прямом смысле.
Сколько прошло времени, не знаю. Но как только с кожи исчезла руна очищения, поняла, что яд полностью выведен из организма принца.
— Вот и всё, — убрала ладони с живота брата и заозиралась по сторонам в поисках воды.
Пить хотелось ужасно. Ничего странного. Я сбилась со счёта, сколько было вливаний силы. Для моего резерва это сущая ерунда, но физические силы необходимо восстановить. И помимо воды не мешало бы что-нибудь съесть.
— Что значит "всё"? — Уточнил Филипп, приподнявшийся на диване и наблюдавший за мной.
— Ты здоров, а я хочу пить и есть.
— В смысле здоров? Ты имеешь ввиду, что смогла снова настроить сердце?
— Не только. Я вывела яд и твои органы перестанут отключаться.
— Почему никто из целителей не обнаружил яд? — Недоверчиво прозвучал голос брата.
— Давай ты оденешься и мы поедим чего-нибудь. Я немного потратилась, исцеляя тебя.
Филипп тут же засуетился, быстро оделся и позвал графиню Веронику. Женщина, войдя в комнату, очень внимательно посмотрела на нас, но ничего не спрашивая, выполнила просьбу племянника и через короткое время принесла еду и питьё. А затем оставила нас.
Я словно в сказку попала, наблюдая, как знатная аристократка в очередной раз накрывает на стол, а компанию за обедом составляет наследный принц. Ну и дела…
— Эшли, не томи. Объясни нормально, что за яд? — Заметив, что я больше не набрасываюсь на еду, как голодный цербер, Филипп начал допрос.
— Это императорский корень. Для обычных людей, у которых не течёт королевская кровь, он совершенно не опасен. Это растение даже в сыр добавляли для улучшения вкуса. Но для таких как ты, он является сильнейшим ядом. Кто-то незаметно травил тебя и не один год. Чтобы не вызвать подозрения, давали лишь крохотные дозы. С каждым годом тебе становилось хуже, но ни артефакты, ни целители не могли обнаружить яд, потому что уже никто не помнил об этом растении. Ну, почти никто.
— Я с детства люблю сыр, — задумчиво произнёс Филипп. — И ем его каждый день.
А дальше мы молчали и пили чай. На столе был сыр, но мы не рискнули притронуться к угощению, не зная, кто именно покушался на наследника. И тут я вспомнила о недавнем визите Оскара в мою комнату, где он увидел и узнал императорский корень.
— Оскар знает о существовании корня, — не задумываясь, сдала брату племянника королевы. — У него в детстве была гувернанткой целительница-травница. И он говорил, что видел императорский корень в королевской оранжерее.
— Значит Оскар нашёл тебя? — Проигнорировав полезную информацию, выдал принц. — И чего он хочет?
