Пограничные звёздные системы Российской Империи атакованы ударными флотами Американской Сенатской Республики. Мы начинаем наши «Хроники» с описания одного из самых кровопролитных и беспощадных столкновений начала 23 века. В мировой историографии этот конфликт назван – «Второй Александрийской войной». В наши учебники истории его первый этап вошёл под названием: «Отечественная война 2215 года»…
Звон нимидийской стали в тишине отсека бился о стены и возвращался обратно, превращаясь в объемное резонирующее эхо. Сабельные клинки, сверкая ультрамариновыми плазменными кромками, скрещивались друг с другом в яростном смертельном танце и издавали при соприкосновении характерный звук, будто от электрического напряжения.
Быстрота выпадов сражающихся поражала воображение – глаза не успевали отследить, куда будет направлен следующий удар, и как было возможно успеть отразить предыдущий. Все очень просто, поединщики были облачены в скафандры со встроенными внутрь эндоскелетами. Такая конструкция позволяла владельцу боевых лат быть намного быстрей, выносливей и сильней, чем он был на самом деле.
В данных обстоятельствах такая особенность скафандров казалась более чем актуальна, потому как в поединке чести сошлись два уже немолодых, убеленных сединами адмирала: Кондратий Белов и Дамир Хиляев. Если бы эти двое сражались без боевого снаряжения, картина боя смотрелась куда менее яркой и завораживающей. Но сейчас на танец стали можно было смотреть часами, наслаждаясь скоростью и гибкостью бойцов.
Адмиралы решили не откладывать дуэль в долгий ящик, слетевшись на офицерских шаттлах на один из кораблей флота, сразу после рокового совещания у командующего Самсонова. Местом «встречи» Белов и Хиляев выбрали флагман 3-ей «линейной» дивизии – тяжелый крейсер «Аврора», так сказать абсолютно нейтральную территорию. Вице-адмирал Козицын был одновременно хозяином и секундантом одного из поединщиков. Василию Ивановичу пришлось им стать не по своему желанию, а вследствие безвыходной ситуации.
Не был он другом, ни одному, ни второму, просто кроме Козицына и еще одного дивизионного адмирала – Вячеслава Козлова секундантов у Белова и Хиляева не оказалось. Командующий Самсонов под страхом смерти запретил кому-либо содействовать проведению дуэли, да и сами комдивы не желали подставлять своих подчиненных под трибунал. Ладно, старички, с иконостасами боевых орденов в полную грудь и регалиями за бесконечные военные кампании, другое дело офицер среднего или младшего состава, который не сможет и не захочет отказать своему командиру, а после поединка лишится звания, карьеры, а может и свободы…
Нет уж, адмиралы сами разберутся между собой, благо кроме двух свидетелей поединка и укромного уголка для встречи, ничего не было нужно. Местом выбрали флагман Василия Ивановича, он же стал секундантом Белова, а приглашенный четвертым вице-адмирал Козлов – секундантом Хиляева.
На тяжелом крейсере, в отличие от того же авианосца или линкора, из отсеков где можно было так сказать развернуться оказались лишь: командный, столовая да тренажерный зал. Именно в последний прошли четверо адмиралов, удивляя своим появлением и хмурыми лицами редких моряков из экипажа, встречающихся им по пути.
Никто не понимал, почему сразу четыре дивизионных адмирала собрались на «Авроре», а если и собрались, то почему идут в спортмодуль, а не в аудиенц-зал, либо в рубку. Фитнес-тренировка отпадала сама собой – по крайней мере трое из четырех последний раз на занимались на тренажерах еще в курсантские годы. Единственный из них – Кондратий Белов имел дан по кэндо – искусству владения холодным оружием, но это тоже было давно, считай в прошлой жизни, если учесть, что самому младшему из собравшихся стукнул полтинник.
Тем более было странно видеть взрослых, суровых, прошедших не один десяток сражений воинов, двое из которых готовы были сейчас растерзать друг друга, а двое других ничуть не препятствовали этому, а наоборот принимали в дуэли непосредственное участие. Все очень просто, все четверо являлись военными со своими понятиями о чести, культивировавшимися в офицерской среде космофлота Империи больше, чем где бы то ни было.
Именно среди космоморяков по данным статистики, а она и здесь присутствовала, за последнее столетие было зафиксировано подавляющее большинство поединков чести. Такого, например, наблюдалось в тех же войсках планетарной обороны, хотя назвать несущими службу на планетах солдат и офицеров менее храбрыми язык не повернется. Тем не менее, именно на боевых кораблях служило больше всего бретеров и забияк. Видимо изначально в космофлот шли самые отчаянные и безбашенные…
Надо пояснить, что в среде флотских офицеров, начиная с двадцать второго века, дуэль считалась нормой, а не чем-то исключительным. Космоморяки бились на саблях, штурмовых палашах, реже стрелялись, но делали это с завидной регулярностью. Единственно, в большинстве случаев до убийства в поединке доходило редко, как правило, при ранении одного из поединщиков, дуэль сразу прекращалась, а индивидуальные медаптечки моментально принимались «латать» несчастного… Так происходило если дуэль была так называемая «до первой крови», если же заранее оговаривался поединок чести – вот здесь уже было над чем задуматься.
