«Я решил все эти действия [109] приостановить под видом, что вы приказали мирно готовиться, что вышло весьма кстати, ибо в Николаеве, куда я прибыл 18-го, я удостоверился, что и из Петербурга распоряжения делались в таком духе, чтоб как можно было менее военных демонстраций.

…В докладной записке моей к Его Высочеству [110], при коей отчёты приложены, я изложил вкратце мнение моё о сопротивлении, какое можно ожидать от турецкого флота, и о десанте в Босфоре и Килиосе. Мнение это Вашей Светлости уже было предъявлено. В заключение же я присовокупил, что во всяком случае покушение действовать десантом надлежит сохранять в глубокой тайне и что я даже полагал бы обратить общее внимание на какой-либо пункт Румелии, Варну или Бургас, дабы замаскировать вооружение флота, которое скрыть невозможно…»

Иными словами, Корнилов боится шпионов и именно потому, что «мы готовнее наших соперников». Если следовать этой логике, то Корнилов сообщает жене именно о надвигающихся военных действиях! Что касается скорого прозрения Корнилова относительно отсталости России, то это и так было очевидно для него ещё до войны как просвещённому гражданину и военному такого уровня. И всё же очевидно другое: эта готовность была не просто фигурой речи в корниловском письме жене, а всем тем, чем вскоре стала легендарная севастопольская оборона для оснащённых технически союзников, — кошмарным испытанием, потому что готовились к ней по-русски — не благодаря, а вопреки всему.

Е.В.Тарле:

«…Начинается война с Турцией, позиция Наполеона III и Пальмерстона делается всё более угрожающей… Если турки, а за ними французы и англичане в самом деле подадут вовремя существенную помощь Шамилю, то Кавказ для России будет потерян и попадёт в руки союзников. Нужного количества войск на Кавказе нет — это одно. А другое — турецкая эскадра снабжает восточное кавказское побережье оружием и боеприпасами. Отсюда вытекают два непосредственных задания русскому Черноморскому флоту: во-первых, в самом спешном порядке перевезти более или менее значительные военные подкрепления из Крыма на Кавказ и, во-вторых, обезвредить разгуливающие в восточной части Чёрного моря турецкие военные суда».

Нужно было принимать срочные меры, приводить корабли и базы Черноморского флота в повышенную боевую готовность.

Корнилов для предотвращения внезапного нападения противника установил постоянное наблюдение за передвижением турецких кораблей на Чёрном море и одновременно принял меры по приведению флота в боевую готовность. В мае 1853 года им была утверждена «Программа крейсерства между Босфором и Севастополем», которой Черноморский флот руководствовался в период напряжённой обстановки перед войной и в начальный её период.

«Программа», разработанная по инициативе и под руководством вице-адмирала В.А.Корнилова, предусматривала три района постоянного крейсерства на театре. Основным из них являлся Босфор. Непрерывное наблюдение за Босфором и прибрежной акваторией между Варной и Амасрой обеспечивало своевременное обнаружение неприятельских кораблей в случае выхода их в Чёрное море. Второй район простирался вдоль побережья Кавказа — от Анапы до турецкой границы. Третий район ограничивался треугольником, основанием которого являлась анатолийская морская коммуникация противника на участке между портами Синоп и Амасра, а вершиной — Севастополь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Похожие книги