В своей повседневной работе Верховный Главнокомандующий опирался прежде всего на аппарат Генерального штаба. Постоянными заместителями и фактическими помощниками Верховного были Г.К. Жуков, А.М. Василевский, Б.М. Шапошников, а в конце войны А.И. Антонов. Прежде чем принять то или иное решение или директиву, в Ставку обычно вызывались начальник Генштаба, представители Ставки, нарком ВМФ, командующий фронтом, флотом или армией. С ними обычно и советовался И.В. Сталин.
Начальник Генерального штаба маршал Шапошников являлся докладчиком и основным советником Верховного Главнокомандующего. Делал он это на основании многочисленных собранных за ночь работниками Генштаба последних сведений с фронтов, предварительного анализа событий и уже выработанных (в первом варианте) предложений. Мне не раз приходилось наблюдать, как к маршалу Шапошникову приезжали люди с докладами, проектами директив и телеграмм, и не было секретом, что перед этим большой коллектив генштабистов провел бессонную ночь.
Занятый делами армии, Борис Михайлович не имел возможности детально заниматься флотскими вопросами и поэтому всегда просил меня подготовить ту часть вопроса, которая касалась флотов, чтобы ему было легче докладывать в Ставке. Иногда эти вопросы докладывались начальником ГМШ ВМФ, но многие из них я считал обязательным докладывать лично.
Говоря о трудной работе Ставки в начале войны, хочется еще раз сказать о Борисе Михайловиче Шапошникове. Уже тяжело больной, с кислородными подушками в своем кабинете, задыхаясь от кашля при длительных телефонных разговорах, он обеспечивал Верховного Главнокомандующего нужными сведениями с фронтов и делал свои предложения.
Александр Михайлович Василевский, являясь заместителем начальника Генерального штаба с июня 1942 года, чаще находился на фронтах, чем в Москве. По складу характера, пунктуальности и знаниям штабной работы А.М. Василевский явился достойным преемником Б.М. Шапошникова на должность начальника Генштаба.
Я с удовольствием вспоминаю совместную работу с А.М. Василевским, начавшуюся еще до войны, затем в Москве и вне ее, когда приходилось на месте координировать действия флотов с фронтами.
Наша последняя встреча в годы войны была на Дальнем Востоке. Маршал Василевский руководил операциями фронтов, а на мою долю выпало помочь ему в использовании Тихоокеанского флота и Амурской флотилии.
Г. К. Жуков, А.М. Василевский, Н.Н. Воронов, С.К. Тимошенко, К.Е. Ворошилов, как представители Ставки, выполняя поручения Верховного, часто бывали на фронтах, лично делали ему доклады, проверяли на местах выполнение директив Ставки. Верховный Главнокомандующий принимал решения, как правило, лишь посоветовавшись с теми, на кого возлагалось выполнение задачи. Я не помню случая, когда бы Ставка собиралась в полном составе, но, бывая на ее совещаниях, я всегда видел там начальника Генштаба и командующих фронтами или армиями. Хорошо помню, как в трудную осень 1941 года, проводя ночи на станции метро «Кировская», я встречал там многих командармов. Недаром уже после войны генерал П.А. Курочкин напомнил мне, что наша первая встреча произошла в «зале ожидания» – в убежище на «Кировской».
Сосредоточение власти в руках одного человека, воля Сталина и его способность «выдержать характер», как мы наблюдали это в трудные дни обороны Москвы или Сталинграда, сыграли немалую роль в достижении победы.
Присутствие непосредственно на фронтах в качестве представителей Ставки таких военачальников, как Г.К. Жуков и А.М. Василевский, приносило, на мой взгляд, огромную пользу. На первом этапе войны это было просто необходимо, так как требовалась непосредственная связь Ставки с фронтами и помощь знающего замысел Ставки опытного военачальника. Вот почему представителям Ставки было предоставлено право не только координировать действия фронтов, но и руководить операциями. Их роль высоко оценил И.В. Сталин. Недаром едва кто-нибудь из представителей Ставки возвращался в Москву, как Верховный уже спрашивал, когда он снова думает выехать на фронт.
В войска посылались не только представители Ставки, но и другие руководящие работники центрального аппарата.
Когда складывалась, допустим, тяжелая обстановка на каком-нибудь флоте, И.В. Сталин обыкновенно спрашивал у меня:
– Кто командует флотом?
И выпытывал подробности: что за человек, давно ли на этом флоте. А потом предлагал:
– А не послать ли туда кого-либо из ваших заместителей? И, не дожидаясь ответа, иногда сам называл кандидатуру. Так, в трудные для Таллина, Одессы, Ленинграда и Севастополя дни на флоты выезжали мои заместители И.С. Исаков, И.В. Рогов, Л.М. Галлер, Г.И. Левченко, В.А. Алафузов. А порой И.В. Сталин приказывал:
– Вам следует самому выехать туда и разобраться. – И сразу спрашивал: – Когда выезжаете? Только тогда считал вопрос исчерпанным.
