танием имею честь поздравить ваше превосходительство с
получением высокомонаршей его императорского величества милости
ордена Святые Анны 1-го класса, я чувствительно обрадован об
оном уведомлением вашим. Я получил от государя императора
удовольствие и благоволение за распоряжения мои и соглашения
с чиновниками Блистательной Порты о действиях, также получил
монаршую милость, предписано выдать собственно мне
единовременно три тысячи рублей, контр-адмиралу Пустошкину две
тысячи, капитанам и прочим штаб- и обер-офицерам за одну треть
окладное жалованье, столовых денег определено мне получать
по триста рублей на месяц, контр-адмиралу Пустошкину по
двести, о прочем, как производить порционные деньги штаб- и обер-
офицерам, на представление мое ничего не получено, и в великом
сумнении остаюсь, как должно их довольствовать, а особо в
здешнем краю: такая беспримерная дороговизна всего провианта,
чего ожидать никогда было неможно, и офицеры крайнюю
бедность и голод терпят, по кредитивам ничего еще получить я не
успел, не знаю как и приступить, ибо от государя об оном
ничего я не получил, кроме определено и будет прислано ко мне на
расходы по эскадре тысячу червонных и тысячу ефимков, на
корабли по тысячи ефимков, на фрегаты пятидесяти и сорока-
шестипушечные по шестисот, на тридцатишести и на авизы по
триста ефимков, а о прочем, что почти за целый год вся команда
служителей не получали жалованья, мундиров и прочего, совсем
ничего не упомянуто, хотя от меня и было представлено, и так
я обо всем остаюсь в великом сумлений, и как без мундиров и
безо всего быть — не знаю; нет ли какого уведомления или
предписания об чем-либо к вашему превосходительству, покорнейше
прошу меня уведомить.
Посылаю я на матерой берег десант под вашим начальством:
100 человек гренадер и мушкетер еще с одним офицером и
пристойным числом урядников, вожатым при вас будет один из
старшин деревни Мандукио Димитрий Агитофарза; там сберутся
к вам под вашу команду множество жителей и время от времени
прибавляться и соединяться с вами будут, извольте идти берегом,
где они вам показывать будут к стороне крепостного строения.
Столько, сколько возможно будет, действовать без опасности
секретно. Вам напоминаю, покажите такой вид, чтобы неприятель
щитал вас в великом числе, и так наводите ему страх, чтобы он
из отдаленных укреплениев бежал бы внутрь крепости. А вы,
воспользуясь благополучной минутою, может быть, что
возможете отбить, случится что-либо и важное можете сделать; все
жители острова к нам весьма преданы и будут они сами
стараться все сделать и ухватить, что только возможно; но за всем
тем будьте осторожны и осмотрительны, не вдавайтесь в великую
опасность, а все то делайте, что усмотрите возможным. Впрочем
полагаю все на ваше благоразумие, исполните как есть долг
закона, все полезное к службе и пользе государевой.
Дозвольте мне, ваше превосходительство, в откровенности,
которая должна существовать между нами, и при изъявлении
душевного моего почтения к полезным и славным трудам вашим,
открыть вам в тайне высшей степени, что намерение
высочайшего двора есть стараться чем можно более раздражить взаимно
Порту и Францию; следственно, соблюдая с вашей стороны
в рассуждении французов правила войны, вообще принятые, не
должно понуждать к наблюдению их турков. Пущай они что
хотят делают с французами, и турецкий начальник, хотя в самом
деле вам подчинен, но в наружности товарищ, может поступать
с ними, как хочет: нарушение им капитуляции вам приписано
быть не может, потому что отдающиеся гарнизоны в его
расположении остаются относительно отправления их восвояси или
Турцию, а вам обременяться пленными не следует и невозможно.
Оставляя французов на произвол турков, должно сохранить при-
бежность к высочайшему двору греков во всей силе, называя
положение ваше с ними должным и явным покровительством по
единоверию, а их положение с вами должною и явною предан-
ностию по тому же, и в сем притворяться ни мало не следует.
Турки должны чувствовать, что их в островах принимают
единственно из уважения к вам, но при том как себя вести, чтоб они
за сие были благодарны, прилежное уничтожение и
самомалейшего сомнения, что мы хотим присвоить те острова, или что не
с согласия Порты учредить будущий жребий их намерены
таковые чувства произвесть могут. В областях на твердой земле,
Али-пашою от французов освобожденных, естьли не
установлены правления, приятные жителям или какие вы установили, то
требуйте благоприятным образом, чтоб и сие было исполнено,
Я уже о сем напоминал Порте и писать обещано, но
должно знать, что паша есть из числа мало ей послушных.
Естьли бог благословит подвиги ваши овладением крепости
Корфу, то старайтесь, но весьма деликатным образом, ввести
в оную гарнизон русский. Надобно, чтобы обыватели оказали
сильное отвращение впустить в крепость турков и чтобы или
Кадыр-бей и Али-паша сами вас просили удовлетворить
обывателям, или вы в удовлетворение турков испросили у обывателей
оставить из них в крепости, для представления общей в оной
стражи несколько человек албанцев-християн из подчиненных
