Дружественные дипломатические отношения Российской Империи с Мальтийским орденом установились ещё во времена Петра Великого. Уже тогда, в 1698 году, российский посол на Мальте, Борис Петрович Шереметев, был удостоен звания почетного кавалера ордена Святого Иоанна с вручением ему из рук великого магистра Переса де Роккафюля Мальтийского Креста с бриллиантами. Тут мы должны обратить внимание на то, что рыцарский орден – организация имел награду-орден, который назывался «орденом Святого Иоанна».
В дальнейшем, при императрице Екатерине II, русские морские офицеры откомандировывались для практических плаваний на «орденских» кораблях, а также, по представлению императрицы, через своих поверенных, морские офицеры ордена иоаннитов направлялись для прохождения службы на русском флоте. Страница истории российского флота, которая ещё требует своего детального изучения и освещения.
Вступив в ноябре 1796 года на прародительский престол, Павел I сразу же разрешил назревший вопрос, повинуясь своему душевному побуждению. Уже 15 января 1797 года был заключен договор между Российской Империей и Мальтийским орденом, подписанным, с орденской стороны, министром (посланником) ордена графом Литта, а с российской – государственным канцлером князем Безбородко и вице-канцлером князем Куракиным. Главным пунктом договора являлась статья, по которой русское Государственное Казначейство ежегодно выплачивало Мальтийскому ордену причитавшиеся тому доходы с острожских владений иоаннитов (на территории ранее разделённой Польши) в сумме 300 000 золотых (один злотый – 0,25 рубля).
Одновременно император и самодержец всероссийский Павел I сделал гроссмейстеру Державного Ордена Святого Иоанна Иерусалимского (впервые названного в грамотах «Державным» именно по настоянию русского императора, возвысившего тем самым Мальтийский орден, являвшийся в действительности отнюдь не суверенным государством, а ленником Неаполитанского короля – до уровня равноправной с Российской Империей стороны!) дружеское предложение – принять его самого, императора, и четырех его сыновей в орден иоаннитов в качестве «почетных рыцарей» – «рыцарей чести и благочестия». Желание вскоре было исполнено. В данном случае, не место останавливаться на причинах столь необычного решения православного императора стать членом, на тот момент, католического ордена.
Со своей стороны, польщенный император Павел преподнес великому магистру и рыцарям богатые подарки. Было учреждено Великое приорство российское Державного Ордена Святого Иоанна Иерусалимского. Так орден становился не только католическим, но и православным. В Петербурге был открыт инвалидный дом для кавалеров ордена на Каменном Острове, под Капитул Ордена Святого Иоанна был отведен дворец графа Воронцова с «Мальтийской капеллой» (часовней) на Садовой улице. Оба сооружения хорошо сохранились до сегодняшних дней.
27 ноября (8 декабря) 1797 года в пышной обстановке Павел Петрович был провозглашен протектором (покровителем, заступником) Мальтийского ордена. Рыцари-иоанниты, от имени гроссмейстера Фердинанда фон Гомпеша, официально поднесли ему титул протектора. Император Павел I принял его весьма благосклонно и, через своего канцлера отблагодарил гроссмейстера иоаннитов фон Гомпеша в самых лестных выражениях.
Естественно, за сближением Мальтийского ордена и России внимательно следили французы и англичане. Более того, курьер графа де Литта, направлявшийся на Мальту с донесениями о столь знаменательном событии к Гомпешу, попал в Италии в руки французских оккупантов. При осмотре его багажа французами всё, до мельчайших подробностей, стало известно эмиссарам Бонапарта, а через них – французской Директории. Последняя, вполне логично, пришла к заключению, что при создавшихся отношениях, Мальта, рано или поздно, станет российским владением.
Этот «ключ к Средиземному морю» ни в коем случае, по мнению французских республиканцев, не должен был попасть в руки великой северной державы, а должен принадлежать Франции. И потому, при подготовке экспедиции в Египет, Директория 12 апреля 1798 года дала Наполеону Бонапарту приказ: «Генералу Восточной армии поручается занять остров Мальту».
После занятии французами Мальты, оставшиеся иониты пришли к выводу о необходимости избрать нового гроссмейстера, наметив в качестве такового державного протектора ордена иоаннитов – всероссийского императора Павла I.