— Дети призвали, сами понимаете, — неловко улыбнулась Блоди. — Теперь ни продать, ни выгнать толком не можем. А на мясо не даётся. Напротив…
— Что напротив? — уточнила то ли свежеоткопанная, то ли новоизвлечённая.
— А ты подойди и попробуй сама ему об этом сказать, — тут же посоветовала вампирэсса.
Ядвига поправила перемазанную грязью одежду, подхватила чемодан подмышку. Он всё тот же. Как по весу, так ничего не пропало. Только с погрызенной ручкой. Словно черти погрызли.
Фыркнув:
— Вот ещё! — она зашагала в одной ей известном направлении.
В противоположную от калитки сторону.
— Э… выход там, — указала ей верное направление Блоди, чтобы слишком долго забор не искала.
Всё-таки стресс у человека. Первый раз закапывали, да так и бросили.
— Нас направлять не надо. Наше дело — правое, — заявила девушка в фиолетовом, но всё же изволила развернуться. — Главное мир от глобального потепления спасти. Льдом там полюса обложить поплотнее или повязку холодную к экватору приложить. Это мы ещё разберёмся. Найдём верный метод. А пока… пока так остынем. Но своими средствами… Вот вы на чём, готовите? На газу или при свете?
— Нет, ну газы у нас в семье тоже бывают, дети, сами понимаете, — тут же ответила Блоди, так как шла к крыльцу и некоторое время следовала рядом, почти плечом в плечо с фиолетовой девушкой. Чего бы не поговорить? — Да и при свете лучше видно, что готовишь. Но самый изысканный вкус на дровах получается, как по мне. Ах, эти старые-добрые костры в полнолуние. Понимаете?
Ядвига нахмурилась, пробурчала:
— От жарки газом никаких витаминов не останется! Надо на сыроядение переходить. И готовить не надо. В свежих продуктах витаминов больше. От них потом даже лицо здоровьем сияет. Ну, если живот не скрутит.
— Нет, ну все вампиры с сыроедения начинают, — хмыкнула вампирэсса. — И оборотни. Это детей мы уже потом испортили, разбаловали. Пожарь, свари. А ты, так откупорь и ешь, да? Обратно к истокам?
Лицо у Ядвиги приобрело задумчивый вид. Тут же засияло.
— А вы правы… надо обратно, к истокам, — задумчиво повторила незваная гостья.
Даже Блоди понимала, что на здоровый цвет лица её ярко-фиолетовый раскрас мало походит.
— К истокам, да, — повторила вампирэсса, подумывая как бы тактичнее намекнуть человеку, что лучше бы долежал своё в канавке и не дёргался.
Видимо ответ растрёпанную, взбаламученную и определенно близкую к природе девушку удовлетворил, так как эко-активистка только кивнула и пошла к калитке.
Вернувшись в дом, Блоди отметила посторонний шум. Но сразу внимания не обратила. Только хула-хуп у холодильника поставила, присмотрелась к нему.
— Ты шумишь?
Хула-хуп не признался. Он стоял смирно и даже не думал больше крутиться. Вампирэсса чуть помедлила и решила, что обруч достаточно спорта сегодня выдал и точно не будет против, если с собой на улицу на новое занятие они возьмут маленький кусочек тортика на пару. Тем более что в холодильнике осталось совсем чуть-чуть после ночного бдения.
Ночная жрица даже кивнула холодильнику.
— Спокойнее, страж… Я только загляну.
И она действительно только заглянула. А потом повторила. И вскоре на столике на веранде образовался кусок торта, вязанка колбасы, бутерброды всякие по мелочи, ну и чай, конечно же. С мёдом.
Мёда в доме теперь много. Муж словно сговорился с пчёлками. А те как будто на рынке закупаются. Каждый день по несколько литров приносят. К концу года хоть ванну набирай.
Но в семье, как назло, некого бальзамировать.
— Да и у нас не Египет! — заявила холодильнику Блоди.
Тортик, хозяйка, хула-хуп и прочее, что ещё помещалось в руки, вышло на задний двор коттеджа.
Здесь, посудила вампирэсса, она сможет позаниматься физкультурой без особого риска для жилища. Да и полезнее на свежем воздухе будет.
Хула-хуп терпеливо ждал, пока вампирэсса перекусит лёгкими бутербродами и даже поделиться не просил.
«Снова притворяется неодушевлённым предметом», — подумала Блоди.
Половину колбасного колечка она благоразумно оставила, чтобы подкрепиться после тренировки. Как и полбатона. А вот тортик показался совсем не помехой для того, чтоб совместить приятное с полезным. То есть спорт с едой.
В конце концов, чтоб раскрутить хула-хуп, достаточно и одной руки.
Взяв в одну руку кусочек торта, а в другую обруч, Блоди размахнулась для вращения, но хула-хуп будто снова ожил и взмыл к небу.
— Ой, — произнесла вампирэсса, откусывая кусок торта. — Пошло дело. Летят мои спортивные достижения! Хорошо, хоть тортик не отобрал.
Она проследила взглядом за полетом обруча и увидела, как тот стукнулся в оконце на чердаке. Заскрипели створки, несмотря на то, что петли были новыми и смазанными. Чердачному нравился скрип. Под старину сделал.
Бурчал Топот, что понастроили, понимаете ли, коттеджей современных, да бездушных. Ни штукатурки тебе обсыпавшейся, ни свисающей паутины. Так хоть ставни пусть скрипят. А то совсем тоскливо в новострое.
И тут такой бонус — обручем в ставни прилетело!
— Кто стушал? — из распахнувшегося окошка на чердаке мгновенно показался чердачный. — Никого нет дома. Уходите!
