Дафна распустила волосы. Они блестящим водопадом ниспадали на открытую шею и плечи. Взгляд Адриана упал в ложбинку ее груди. Под такое платье не носят белье и он невольно смутился, поднял взгляд. Она выглядела великолепно! Вот только с таким чутким образом не котировался кусок янтаря на веревке.
— Сними, — попросил Адриан. — Он портит весь образ. Сюда бы прекрасно подошли бриллианты, но и без побрякушек ты выглядишь ослепительно.
Девушка, смутившись, стянула шнурок и положила украшение под подушку. Она заколебалась всего на миг, ведь это была самая дорогая для нее вещь. Когда мужчины вышел из ванны полностью одетый, Фанни обронила:
— Определенно костюм идет тебе больше платья.
Бог искренне улыбнулся и наклонил голову в благодарность. Они оплатили комнату еще на два дня, поэтому вещи все оставили здесь. В конюшне они забрали коней и поехали в Главград.
Путь до города занял всего два часа. Когда подъезжали, Адриан шепнул:
— Нам нужно обязательно выяснить, не носит ли кто-то из Богов мое кольцо. И чтобы меня не узнал Ниалл, придется измениться.
На пальцах Бога заискрилась магия. Он провел руками по волосам и они вмиг приобрели не свойственный им цвет — светло-каштановый. Пустив туман в глаза, он окрасил серебряную сталь в яркие изумруды. Дафна пораженно ахнула:
— Как ты это сделал?
Адриан подмигнул и натянул на лицо маску, которую они нашли у разбойников. Школа искусств была в самом центре ярко-освещенного города. Это трехэтажное здание с большим холлом на первом этаже. Стены выкрашены розовой краской. Они все наглухо закрыты развешенными портретами Богов, написанными художниками разных эпох, сценами боев, пейзажами Безграничья. На втором этаже находится холл музыкантов и музей со старинными инструментами. На третьем холл хореографии. Ниалл не изменяет себе, а потому празднество как обычно с первого этажа не перенесли.
У входа стояла охрана: два мага света в полной боевой экипировке держали в руках мечи. Позади них маячил конюх. Молодой мужчина, даже мальчишка, с копной мышиных волос жевал колосок пшеницы и с горящим интересом поглядывал на девушек, которые сегодня были в изобилии. Лиловых платьев было слишком мало. Все хотели угодить Ниаллу.
Адриан достал из кармана пиджака два пригласительных и, поздоровавшись с охраной, протянул их. Мужчины кивнули конюху и тот взял поводья лошадей, а потом протянул Адриану карточку, на которой написал два номера: 78 и 79, и повел лошадей вглубь парка. По всей видимости, там находится конюшня. После тщательной проверки пригласительных, двери школы распахнулись. Яркий свет ослепил Дафну и заставил ее поморщиться. Из зала доносились льющиеся рекой звуки скрипки. Она надрывно плакала о любви и чуде, что Адриан заметно скривил лицо, шепнув:
— Ничего не изменилось. Ложь сквозит даже через музыку.
Фанни прыснула от смеха и схватила Бога за локоток. Им пришлось играть влюбленную пару, чтобы не вызывать никаких подозрений и по-тихому рассмотреть Богов. Зал прекрасен: квадратный, по всему периметру комнаты в белоснежных вазах стоят кровавые бутоны роз, которые источали сладкий аромат. Девушка сморщила носик, пояснив:
— Не люблю розы. Слишком сладко пахнут, аж зубы сводит.
Адриан еще шире улыбнулся, отмечая про себя, что впервые за долгое время, он встречает девчонку, которую вовсе не восхищают розы.
— А какие цветы ты любишь? — спросил Бог.
— Пионы, — после недолгой паузы ответила Фанни.
— Буду иметь ввиду!
В центре зала стоят две белоснежные колонны. На одной высечен Ниалл, на другой Селена. Дафна восхищенно приложила руки к щекам, когда увидела одну из картин великого художника Безграничья. Йен Северский был одним из самых любимых пейзажистов Богини Порядка именно благодаря тому, как живо ему удавалось перенести на холст эмоции животных, зелень лесов и пушистые волны морей. Дафна схватила Адриана за руку и рванула к одной из его работ. На большом прямоугольном холсте в Изумрудном лесу стоял охотник, который направлял стрелу с натянутой тетивой лука прямо в голову черной волчицы. Ее голубые глаза не искрились страхом, в них застыла обреченность, ведь позади нее с кровавой раной в боку и торчащим из нее древком стрелы, на окропленной рубиновой жидкостью траве лежал умирающий волк. А над ним склонились два волчонка. Их серые глаза наполнились слезами. Художнику удалось передать как мать защищает своих детей ценой своей жизни.
— Невероятно, правда? — изумилась девушка.
Я знал его. Он часто работал у нас дома. Йен однажды написал Селене на берегу Розового моря олененка с такими живыми глазами, что сестрица повесила картину в оранжерее и часами смотрела на нее. Пока Ниалл не приказал ее сжечь.
— Почему? — удивилась Дафна.
— Потому что с утра у него было такое настроение. Селена тогда оскорбилась и заставила его любимые розы завянуть, — усмехнулся Адриан.
— И что было с Богиней?
— Ниалл убил ее любимого наложника, — ответил Бог.
— Как по-детски, — фыркнула девушка. — А у тебя были наложницы?
Адриан колебался с ответом. Ему почему-то казалось, что девушка будет осуждать. Но после минутной паузы он все же ответил:
