Адриан шумно выдохнул и вскинул голову, рассматривая каменный потолок, с которого со звоном капала вода. Вдруг Бог кашлянул и из его рта потекла черная струйка крови. Он вытер ее тыльной стороной ладони, а затем сказал:
— Мне пора.
— Адриан! — обеспокоенно воскликнула Дафна, хватаясь руками за него, но пальцы скользнули через его тело.
— Мы еще увидимся, Дафна, — улыбнулся Бог и растворился во тьме, оставляя от себя только брызги алой крови, которые растеклись по белоснежной сорочке безобразными пятнами.
Девушка резко села на кровати. Тело била мелкая дрожь, на лбу выступила испарина, а холодный липкий пот стекал по спине. Дафна осмотрела свою сорочку. Кровь не испарилась вместе с Богом, а зияла свежими пятнами. В комнате было темно, на часах застыло время на цифре 05:05. Из приоткрытого окна дул порывистый ветер, но Фанни было жарко. Девушка скользнула в ванную и встала под прохладные брызги, смывая с себя липкий пот. Где же Адриан? Откуда кровь? Неужели он скрыл, что его мучают? Вопросы роем летали в голове, а ответы никак не находились. Дафна завернулась в мохровое полотенце, вышла из душевой, чуть не столкнулась нос к носу с Повелительницей Порядка и взвизгнула от неожиданности, вжимаясь спиной в деревянную дверь.
— Ты звала меня, Дафна? — обеспокоенно поинтересовалась Богиня.
Девушка кивнула, юркнула за шкаф, натягивая первое попавшееся платье — огненно-красное, подчеркивающее ее белоснежные локоны. Когда она вышла, Селена сидела на стуле и листала книгу об искусстве.
— Что стряслось? — спросила Госпожа.
— Вы знаете, кто такой Элиан? — Богиня отрицательно покачала головой и изогнула бровь, вынуждая ее продолжить. — Его сестра была у вас служанкой. Вы забрали ее осколок Света и теперь он требует, чтобы вы отдали какой — то лунный осколок.
— Ах, речь идет о предательнице, понесшей наказание. Мальчишка требует? Кто он такой, чтобы требовать что — то у Богини! Ты показала ему метку? Не беспокойся, он не причинит вреда. Я не позволю.
Дафна вкратце пересказала как тот узнал о метке. Селена задумчиво блуждала гетерохромным взглядом по бледному лицу девушки. Резко втянув в себя воздух, она уточнила:
— Ты что, виделась с Адрианом?
Дафна прикусила губу и ложь слетела с ее языка также легко, как бабочка с яркого цветка.
— Нет, с чего вы взяли?
Селена нахмурилась, а потом мотнула головой, расправляя плечи и улыбнулась.
— Ты можешь доверять мне, дитя. Я чувствую его запах, все твое тело пахнет им, вся твоя душа встрепенулась. Он узнал, что я не выполнила его просьбу?
Фанни коротко кивнула. Богиня поднялась, призвала пути Порядка, собираясь уйти, но девушка не дала, воскликнула:
— Он истекает кровью!
Селена замерла с поднятой рукой, так и не коснувшись нити. Она крепко сжала челюсть, но прежде чем уйти, обронила:
— С ним все будет хорошо. Я о нем позабочусь.
Селена испарилась, оставляя от себя прекрасный запах орхидей. Дафна обхватила себя руками, присаживаясь на холодный пол. Она должна спасти Адриана любой ценой. И для этого ей нужно как можно скорее отыскать кольцо, но сначала она выяснит кто же Астрейа такая и почему ей выпала честь спрятать перстень Бога?
Адриан распахнул серебристые глаза, поморщившись от дикой боли, что пронзала тело. С уголка губ медленно стекала тягучая кровь. Рядом сидел брат, положив ногу на ногу и задумчиво смотрел на стальное острие ножа, покрытое рубиновой жидкостью. Кровь мерцала под направленными на сталь холодными лучами света. Золотистый ореол охватывал крепкое тело Ниалла, делая его хмурое лицо ангельским. Адриан шевельнулся, по голому животу потекла горячая жидкость, со шлепками падая на каменный пол. Брат будто отмер и взглянул на Бога из-под пушистых светлых ресниц. Ниалл указал на рану и пояснил:
— Ты не хотел просыпаться, а я не привык ждать.
— Когда ты убьешь меня? — поинтересовался Адриан, вымученно улыбнувшись.
Ниалл вздохнул. Дыхание шевельнуло пряди его волос. Бог откинул их за спину и ответил:
— Когда придет время. Я еще не сломал тебя. Прежде чем ты навсегда исчезнешь, я заставлю тебя страдать, Адди. Также, как я страдал, когда ты предал меня. — Последние слова Ниалл с ненавистью выплюнул, заставив Адриана приподнять брови в изумлении.
— О каком предательстве ты говоришь, Ниалл? О том, что мой народ любил меня больше? Или о том, что я не захотел подчиняться тебе?
Брат подался вперед, поджав губы. Он всматривался в потухшие серебристые глаза, напоминавшие ему сейчас грозовое облако, пытаясь откопать на их дне раскаяние, но встретился только с преградой недоумения. Адриан лжет или действительно ничего не помнит?
— Я говорю о том самом дне, Адди, когда я рассказал тебе о своих чувствах к Катрин, которые ты растоптал, отбирая ее у меня. А я отберу жизнь твоей игрушки, когда найду. Ты увидишь как она будет страдать! Как жизнь будет ускользать от нее, словно песчинки сквозь твои пальцы.
