Думаю, что при этих словах Кэмерон ухмылялся. Ответ Эмили ускользнул от меня, потому что оба шумно вышли из чулана. Я больше не испытывала ни малейшего желания следить за нитью их разговора. Главное я поняла.
Теперь снова можно было замкнуться в себе.
Любовь как зверь, прикованный цепями к клетке твоего сердца. Он не может сбежать из тюрьмы верности и преданности. Он ревет и мечется, готовый разорвать на куски сам себя.
Несколько дней прошли в молчании. У меня не было ни малейшего желания видеть кого-либо или разговаривать с кем-либо. Впрочем, в кладовку долгое время никто и не заглядывал. Думаю, что Эмили позаботилась о том, чтобы меня наконец оставили в покое. Порой мне казалось, что охотница была единственным человеком, который верил мне и понимал мои чувства. Или, может, я все-таки ошибалась? Кэмерон и Эмили остались для меня загадкой. У них были хорошие отношения, они часто смеялись.
В какой-то момент дверь в кладовку открылась, и мое краткое одиночество закончилось. Эмили села на колени рядом со мной. Ее взгляд скользнул по моему лицу и опустился на руки.
– Адриана?
Я услышала свое имя и вздрогнула, но продолжила сидеть с закрытыми глазами в попытке отгородиться от мира. Я думала о свободе, просторах, и внезапно мне стало невыносимо от мысли, что я столько дней провела в четырех стенах маленькой комнатки.
– Мы должны идти.
Я открыла глаза.
– Куда? – робко спросила я. Но хотелось ли мне вообще знать ответ на свой вопрос?
– Нас ждет совет.
Я открыла рот, собираясь ответить, но, не в силах сказать больше ни слова, крепко сжала губы. Знакомая паника поднималась откуда-то из пяток. Я боялась охотников. Представляя, как они осуждают, ненавидят, хотят навредить, я обхватила голову руками и закачалась из стороны в сторону.
– Пожалуйста, нет, – прошептала я.
– Если ты пойдешь добровольно, клянусь, никто не причинит тебе вреда, пока мы в пути.
Если Эмили хотела успокоить меня данным обещанием, то у нее определенно не получилось. Не нужно было мне голодать и мучиться от жажды годами. Если бы я вела себя как другие тени, то сейчас точно нашла бы в себе силы для битвы. Или же я могла бы призвать туман и раствориться в его объятиях, полностью отбрасывая физическую оболочку. Охотница не смогла бы последовать за мной в мир тумана, в котором для живых не было места.
– Пока мы в пути? – повторила я. – А потом? Что произойдет, когда мы придем?
– Мы будем ждать. Давать тебе фальшивые обещания было бы нечестно. Я могу гарантировать только одно – справедливость решения совета.
Я поднялась с пола. Для Эмили каждое мое движение выглядело грациозным и легким, но на самом деле я встала с большим трудом. Страх перед неизвестностью сковал руки и ноги.
– Пойдем, нам нужно поторопиться, остальные уже ждут.
Снаружи меня ждал «конвой». Рядом с Кэмероном стояла рыжеволосая девушка с усыпанным веснушками лицом. Она громко смеялась и активно размахивала руками.
– Адриана, это – Кассандра, – сказала Эмили, и я устало кивнула рыжеволосой охотнице.
– Не знала, что у вас есть имена, – ответила Кассандра, с интересом рассматривая меня.
– Боюсь, вы многого не знаете, – почти прошептала я.
– Так, так, так, – вмешался Кэмерон, – думаю, сегодня мы как раз расширим свои знания о тенях.
Впереди показалась вереница домов. Один темный переулок сменял другой. «Королевская миля» – череда улиц, одна из главных достопримечательностей Эдинбурга, тянулась через центр города, начинаясь у замка и спускаясь вниз к Холирудскому мосту. Мы ехали на машине, хотя я предпочла бы путешествовать как привыкла – на лошадях или же вовсе пешком. Машины пугали меня, так как я никогда раньше не сидела внутри подобного агрегата.
В самом сердце Эдинбурга мы оставили автомобиль и продолжили путь пешком. Я уже давно не приходила в город, потому что столица была не только туристическим центром Шотландии, в который день за днем стекались толпы людей, но и огромным искушением для теней, питавшихся человеческой энергией. Сдержать постоянно растущие жажду и голод в таком месте просто невозможно. Если бы я осталась в Эдинбурге, то с большой вероятностью превратилась бы в дикарку без имени и совести, в тень, для которой нет запретов. Да, я держалась от больших городов подальше вплоть до сегодняшнего дня.
Я с упоением наслаждалась видом оживленного города, который поражал великолепием архитектуры. Эдинбург связал все нити истории в один моток. Этот город дышал величием.
Но как бы сильно мне ни хотелось в восхищении остановить мгновение и полностью отдаться мечтам об Эдинбурге и его жителях, я не могла побороть нарастающий страх, который отравлял мысли. Я чувствовала, что наше маленькое путешествие подходит к концу, и всеми силами старалась оставаться спокойной. Я снова и снова спрашивала себя, увижу ли я Нейтана на совете и, если да, выдержу ли я его присутствие? Как это ужасно, знать о неизбежности грядущих событий! Не хочу, чтобы он видел меня униженной, оскорбленной, лишенной всякого достоинства. Неужели он будет выступать на стороне охотников? Неужели мне придется взглянуть на него как на врага?
