Кот разговаривать не умел. Я пощупала нечто, умостившееся у меня на груди, и поняла, что это не Шарик. Это мужская рука! А кто приходит ко мне по ночам и пугает во сне? Пра-а-авильно. Крак!
— Опять, — вздохнула я.
— Какой рыжий? — хриплым ото сна голосом уточнил мой ночной кошмар.
— Волосатый рыжий. Ты его не знаешь.
— Мне просто интересно, что в кровати моей истинной пары делают волосатые рыжие. Очень интер-р-ресно.
Я нырнула под одеяло и перекатилась на другую сторону кровати. Вполне ожидаемо, Крак воспользовался магией, чтобы не дать мне соскочить на пол. Он кивнул в сторону мраморных плит:
— Заболеешь. Ноги надо держать в тепле.
— Меня тошнит от тебя.
— Странно, в прошлый раз мы только целовались. Кто бы мог подумать, что именно так появляются дети.
— Идиот, — буркнула я, поплотнее заматываясь в одеяло.
Настроение приближалось к отметке “все очень плохо”. Крак меня пугал, особенно теперь, когда я точно знала, что Вейд ищет в Академии свою пару по всем заветам Ада. Вариант “за волосы и в пещеру” мне не нравился, но как сбежать от любвеобильного магистра я не знала.
— Милая, иди ко мне, — мурлыкнул он.
Темная дымка скрывала его лицо, размазывала все черты. Магия этого места не позволяла мне удостовериться, что в партнеры мне навязывают сумасшедшего магистра с золотыми рогами. Хм… Интересно, а дымка позволит мне ощупать его?
До этого мне и в голову не приходило пытаться отыскать Крака самостоятельно. Все казалось до отвращения логичным: магия Ада сама решала, когда мы будем готовы друг друга увидеть, а до этого момента прятала наши лица.
Я и сама не стремилась отыскать своего суженного. Даже наоборот. Мы с ним уже пару месяцев активно играли в прятки. Даже предательство Пашки не заставило меня открыться судьбе.
— Покорность не мое, — озвучила свою мысль я. — Если тебе так хочется, сам иди ко мне.
— Как скажешь, любовь моя. Расскажи, где ты сейчас.
— В общаге, — улыбнулась я.
План сформировался сам собой. Мне нужно было просто пустить Крака по ложному следу. В общежитии сейчас мирно спали десятки студенток, из них примерно девять являлись первокурсницами. Если Крак проснется и кинется меня искать, я смогу его увидеть. А вот он вряд ли узнает об этом.
Я с предвкушением облизнула губы, уже понимая, что придется играть по-крупному. Оставалось лишь направить Крака по ложному следу и убедиться, что за туманной дымкой скрывается Вейд.
В душе еще теплилась надежда, будто моей истинной парой может оказаться кто-то другой, но пока сходилась только эта версия. Я втянула носом слабый цитрусовый аромат его парфюма и склонилась к губам.
— Ты знаешь, где я. Приходи ко мне в комнату.
— А как же соседка? — прищурился Крак.
— Ты же знаешь, я пока живу одна.
Я коснулась его губ. От невесомого поцелуя на языке появилась горечь. Что ж мне так не везет-то, а? Один изменил, другой бегает за всеми подряд, лишь бы поскорее отыскать себе домохозяйку.
— Ты мне врешь, — грустно улыбнулся Крак. — Я же знаю, любимая. Ты не готова встретиться со мной, иначе дымка давно бы спала. Ты не готова полюбить. Не сейчас.
— Значит, ты не придешь?
В моей душе разлилась странная смесь облегчения и тоски. Словно часть меня мечтала поскорее покончить с этим, а другая боялась расставания.
— Приду. Я приду, любимая. Надеюсь, ты однажды поймешь, почему мне пришлось так поступать с нами. Я хотел бы, чтобы все случилось иначе. — Он вздохнул и нежно поцеловал мое запястье, не сводя с меня горящего взгляда. — Я хотел бы дать тебе время привыкнуть. Я хотел бы, чтобы наши отношения развивались так, как хочешь ты. Я хотел бы. Но я не могу. Я физически не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Я слишком люблю тебя. Каждый день в этой позабытой Императором Академии я схожу с ума, боясь, как бы с тобой не случилось что-нибудь непоправимое.
— Слишком много “я”, — тихо заметила я.
— Знаю, любимая. Видишь ли, все полудемоны эгоистичные собственники. Я скоро приду за тобой.
Он сгреб меня в охапку и поцеловал, позволяя почувствовать свой страх, свою надежду, свое желание и отчаяние. Я захлебывалась этими эмоциями, невольно прижимаясь все ближе и ближе, мечтая раствориться в нем, разрубить наконец-таки этот гордиев узел.
Все прекратилось так же внезапно, как и началось. Я проснулась в своей постели. Подушка была почему-то мокрой от слез, а Шарик раздраженно бил хвостом по одеялу. Я вытерла щеки и встала. Времени на рефлексию, как всегда, не оставалось. Пора было причинять добро, наносить людям радость. Я прошаркала к окну и аккуратно выглянула во двор.
В поле моего зрения появился подъезд, в котором обитала Тина. Рыжий, словно предчувствуя что-то, уселся рядом со мной на подоконник и широко зевнул.
— Ну что, — прошептала я, стараясь не разбудить Джесс, — сейчас будем смотреть представление. Воссоединение двух любящих сердец, Тины и Вейда. Уверена, полудемон тут же утащит нашу орочью принцессу к себе в замок. Рожать борщи, варить детей, да-да.
